ФЭНДОМ


Глава 1.

Это была прибранная комната: пол был чистым, шкафы были аккуратно расставлены, а цветы в вазах были собраны этим утром. Это была простенькая комнатка, но с умиротворяющей атмосферой. И все же старик сидел на софе, оглядывая комнату с разочарованным удивлением (не спрашивайте меня как это, сам не знаю), будто бы удобства не оправдывали его ожиданий.

Дверь открылась, и вошла женщина с небесно-голубыми волосами.

— Мне очень жаль, отец. Ты выделил немного свободного времени, чтобы вызвать меня, а я заставила вас ждать.

Женщина поклонилась священнику и извинилась. Даже то как она сделала поклон, одним плавным движением, говорило об ее элегантности и утонченности.

— Хмм. Ну, не важно.

Священник равнодушно кивнул головой и погладил белую бороду. Женщина увидев это уселась на софу напротив него. Ее поза была идеальной.

— Я полагаю, мне не нужно говорить вам об условиях.

— Это верно.

Женщина подняла голову и встретилась глазами со священником.

— Если условия те же, то таким же останется мой ответ.

— Тогда, вы отказываетесь?

— Боюсь, что так.

Священник наклонился вперед.

— Ваши достижения и престиж практически идут рука об руку. Такой персонаж должен получить подходящую награду, разве вы не согласны?

Женщина — Саша Форумун — ответила ясно. Ее взгляд не дрогнул.

— Я герой, а герой это тот, кто вселяет в людях отвагу, защищает их, и помогает тем, кто в этом нуждается. Если я буду жить во дворце, я отдалюсь от людей, и тогда не в моих будет силах давать им надежду. Я хочу остаться тут как опора для людей.

Священник был ошеломлен ответом Саши, сказанным без колебаний.

— Хммм. Ладно, тогда. Если вы передумаете, дайте мне знать в любое время.

— Большое спасибо.

Саша сохранила свои идеальные манеры, даже столкнувшись с чисто поверхностной вежливостью священника.

____________________________________

Богато украшенная карета с гербом Ласкетии на крыше — редкое зрелище в трущобах — стояла перед одинокой церквушкой. Вооруженная охрана дворца окружала ее.

Наконец двери церкви раскрылись, и старик вышел. Его тело, окутанное белой робой, можно было назвать упитанным или жирным, в зависимости от того, как к нему был предрасположен говорящий. Охранники окружали его пока он с трудом шел к карете.

Саша стояла у дверей и провожала священника, пока он не уселся в карету и уехал. Когда он исчез из ее поле зрения, Саша вздохнула так незаметно, что никто кроме нее этого бы не заметил. Видимо из-за того, что он (священник) боялся покушения, тот принял такие меры предосторожности. Впрочем, даже если это было бы не так, то в трущобы были полны недовольством и роптанием на высший класс. Некоторые сказали бы, что это естественно для него — быть осторожным.

Печально когда даже священник, которого народ должен по праву встречать с распростертыми объятиями, стал предметом их ненависти. Это хорошо показывало то, во что превратилась страна.

Она вдруг почувствовала вес двух маленьких тел, уцепившихся за ее ноги. Взглянув вниз, она увидела двух маленьких девочек, обнявших их.

Девочка на левой ноге Саши была веселой на вид, с каштановыми волосами, собранными в два пучка, она решительно смотрела в ту сторону, куда уехала карета.

Блондинка, прижимавшаяся к правой ноге, была немного моложе, и выглядела довольно робкой.

Девочка на ее левой ноге показала язык ушедшей повозке. Другая же, видя, что сделала ее соседка, как бы повторяла за ней.

— Лисия, Эмия, вы не должны так делать.

Хоть Саша и ругала девочек, но ее мягкое выражение (лица) противоречило словам.

— Но…разве эти люди не хотели забрать тебя, сестренка? Это делает их врагами.

Сказала каштановолосая девочка по имени Лисия, и крепко сжала ногу Саши.

— Да…

Тихо пробормотала девочка-блондинка и обняла другую ногу Саши столь же крепко, как Лисия. Саша знала, что должна была отругать их за то, что назвала священника врагом всего, но она чувствовала тревогу девочек, отчаянно и крепко державшихся за ее ноги. Саша мелькнула доброй улыбкой, а затем присела и обняла парочку.

— Я никуда не собираюсь уходить. Т.е. Как я могу куда-то уйти, когда у меня тут две маленькие хулиганки, за которыми надо присматривать?

— …Но…сестренка…ты действительно не хочешь жить в замке? Если бы ты была в замке, то ты могла есть всякие вкусности и спала бы на мягкой кровати, верно?

— …

Лисия смотрела на Сашу глазами, полными тревоги. Эмия ничего не сказала, но крепче сжала Сашины ноги.

— Боже, я вам кажусь такой бесчувственной? Вы сделали мне больно.

Саша состроила грустное выражение лица и притворилась, что плачет.

Лисия увидела это и запаниковала.

— Н-нет! Ты хорошая, сестренка! Самый хороший человек на свете!

— Т-ты…д-добрая, мисс Саша.

Добавила Эмия к словам Лисии. Видя это, Саша хмыкнула.

— Вот так. Верьте в вашу красавицу-сестренку. Я никогда не покину эту церковь, ни за что.

Она нежно погладила их по голове, и они успокоились.

— Теперь, давайте внутрь. Мы должны накрывать на обед.

Троица встала и собирались вернуться в церковь, когда Эмия остановилась и повернулась в ту сторону, куда уехала карета.

— Эми? Что случилось?

Позвала Эмию Лисия, но она осталась неподвижной, уставившись на дорогу.

— Эмия?

Когда ее позвала Саша, Эмия вдруг без слов побежала.

— Эй, Эми! ТЫ не можешь так просто сбежать от работы из-за…!

Лисия погналась за Эмией, но заметив приближающуюся фигуру остановилась прежде чем догнала ее. Это был молодой человек. Он шел к ним с мешком, закинутым на одно плечо. Он был одет в одежду, что носили солдаты Ласкетии под броней, а его ярко-красные волосы были видны даже на раccтоянии.

— Эль!

В тот момент она узнала его, Лисия вновь побежала подобно пуле. Она уже не преследовала Эмию и бросилась к юноше.

— Кто там… Это ты, Лисия?

Юноша едва успел поймать девочку, чтобы не быть сбитым с ног, и ухмыльнулся на ее грубое приветствование.

Эмия, которая достигла юноши мгновение спустя, обхватила его ноги.

— Ты подросла, Эмия?

Юноша взъерошил золотистые волосы девочки, уцепившейся за его ноги. Эмия зажмурила глаза и выглядела довольной.

— Я тоже! Я тоже подросла!

— Да, я могу сказать, что ты потяжелела.

— О, ты ужасен!

Саша подошла к троице в самый разгар их оживленного спора. У нее была улыбка на лице. Она (улыбка) отличалась от той, что была раньше, которая вселяло чувство безопасности. Это была улыбка от чистого сердца.

— Тебя долго не было, не так ли, Эль?

— Саша… Прости, я был далеко.

С девочками, все еще цеплявшимися за него, юноша — Эль — склонил голову.

Церквушка в трущобах была небольшой, и чем больше в ней было сирот, тем меньше места им доставалось. Но независимо от того, сколько людей делили ее пространство, одна комната всегда оставалась незанятой. Эта простенькая и маленькая комнатка, всегда содержавшаяся в чистоте, принадлежала Элю, который возвращался в нее раз в неделю. Эль настаивал на том, что он может спать и в общей комнате с остальными и что они не должны тесниться, выделяя ему комнату, но Саша и другие сироты держали ее пустой по общему согласию.

Эль пообедал с сиротами в столовой, и сейчас находился у себя в комнате в компании двух девочек. Лисия и Эмия сидели на единственной кровати в комнате, с Элем между ними.

— И тогда Эми…

— Я-я никогда…не делала ничего такого.

Парочка с энтузиазмом общалась с Элем, будто бы пытаясь наверстать все за то время, пока они не виделись. И их едва ли можно было винить за это — обычно Эль приходил каждые выходные, но в этот раз проводилась большая кампания, и Эль две недели не приходил. Для девочек, которые с нетерпением ждали встречи с Элем, эти две недели казались бесконечными.

— Похоже, много всего произошло.

Саша посетила троицу. Лисия и Эмия обменялись взглядами, после чего встали и отошли от Эля.

— Да, но мы уже рассказали достаточно.

— Мы собираемся…немного поиграть на улице, так что…

Говоря это, парочка вышла из комнаты.

— Ха-ха… Похоже, они пытаются быть деликатными со мной

Усмехнулась Саша.

— Признаю, это немного неловко.

Саша присела рядом с Элем и некоторое время молчала. Не то чтобы это было неловким молчанием, просто каждый ждал, пока заговорит другой.

Наконец, Саша открыла рот.

— Как прошла компания?

— Думаю, она не стоила затраченных усилий. Место было совершенно пустым.

В Ласкетии «компанией» называли преследования монстров. Поступила жалоба от жителей деревни, что в близлежащих лесах обосновались монстры, и отряд Эля был направлен на то место. Но все было напрасно. Конечно там были следы монстров, но ни одного не нашли.

— Вижу…

Саша тяжело вздохнула, будто бы одновременно испытывала сожаление и облегчение. Эль пристально посмотрел на нее. Саша заметила его взгляд, и быстро вернула свою обычную улыбку.

— Саша, ты не высыпаешься?

— Нет, я в порядке.

— Ты не скажешь мне правду, не так ли?

Саша растерялась от его мгновенного ответа.

— Я знаю, что ты тратишь много времени заботясь об остальных, и то, что у тебя никогда нет времени заботиться о себе.

— Ч-что, это не…

— Не пытайся это отрицать. Ты похудела и стала бледнее со времени нашей последней встречи.

Саша ничего не ответила. Это правда, что она не могла хорошенько отдохнуть ни физически, ни умственно.

— Я знаю насколько ты серьезна и решительна, и я не хочу это менять, но это вредно для тебя, а значит и вредно для тех, кто тебя любит.

— Это… Прости.

Съежилась Саша и извинилась. Те, кто видел увидел бы ее сейчас был бы поражен, как эта женщина, обычно улыбающаяся неувядающей улыбкой, наставляющая и подсказывающая, ее унынием и тем, что ее ругают как дитя.

Увидев Сашу такой, Эль смягчился.

— В самом деле… Пожалуйста, следи за собой, Саша. Лисия, Эмия, горожане…и я — все мы любим тебя.

— …Хорошо.

Лицо Саши порозовело от последних слов Эля.

Эль был единственным, кто мог заставить ее заботиться о себе. Саша, которая долгое время наставляла людей как герой, как апостол бога, была таким человеком, который был бы рад помочь другим.

Хотя Эль был младше ее, но был одним из немногих, которые иногда говорили с ней на равных. Он часто говорил ей: «Пожалуйста, не позволяй другим людям полагаться на твою помощь; пусть хоть иногда они полагаются на себя.» В такие моменты он был единственным, кому Саша показывала свою слабость.

____________________________________

Однажды она почти потеряла доверие к себе. Ее спросили перестала ли она слышать голос Верховной Богини. Эль почувствовал, что она волнуется, но не говорит никому о причинах волнения, и продолжал ее спрашивать. В конце концов Саша сдалась и сказала, что больше не слышит голос Верховной Богини.

Эль рассмеялся и сказал: «Всего-то?»

Саша говорила ему, что это не та проблема, которую легко забыть, но Эль говорил об обратном и смеялся над ее страхами.

— Все любят тебя не из-за того, что ты слышишь Верховную Богиню, а из-за того, что ты сильная и добрая.

Он всегда был моральной опорой для нее

— …Я задержалась надолго. Ты наверное устал, так что отдохни хорошенько сегодня ночью.

— Ты тоже, Саша.

— Я поняла. Если я буду давить на себя слишком сильно, то кое-кто снова разозлится на меня.

— Я-я вообще-то не злился или…

— Хи-хи… Спокойной ночи.

Ухмыльнулась Саша перед тем, как выйти.

_________________________________________________

Саша, оставив комнату Эля, лежала на кровати в своей комнате. Как он и говорил, ее тело устало и нуждалось в отдыхе. Но мысли роились в ее голове и она не могла уснуть.


      Она призналась Элю в том, что больше не слышала голос Верховной Богини, но все же она не сказала даже ему о причине, почему она перестала его (голос) слышать.


      Господи, действительно ли монстры зло? Они родились в этом мире, но они не дети Божьи?

Этот вопрос стал переломным. После того как она задала его, она перестала слышать голос Верховной Богини. Что это значит?


      Она начала сомневаться в учении, которому она следовала с рождению, и сделала то, что казалось парадоксальным даже для нее. На людях она была героем, но сама тайно защищала монстров. Даже то, что отряд Эля вернулся ни с чем, было связанно с ее деятельностью. Мало того: она создала тайный приют в глубоко в лесу, где его никто не найдет, для монстров-сирот.


      Все беспокойство Саши заключалось в конфликте двух: той Саши, которая хотела верить церкви, и той, кто не могла избавиться от сомнений. И это оставляло след на ней.


      Саша вздохнула и повернулась в постели, вспоминая лицо Эля. Прошло так много времени с их последней встречи, и эта мысль сдавила ей грудь. Это был другой повод для беспокойства.


      Как человек, который верил в Верховную Богиню, она должна была относиться ко всем людям одинаково. Для не было бы неприличным питать какие-то особенные чувства к какому-то конкретному человеку. Несмотря на это, эти запретные чувства росли в ней день ото дня. И сомнения в Главной Богине стимулировало это. Если бы она не была апостолом Бога, если бы она была обычной девушкой, то возможно тогда…


      Нет. Сказала она себе, что у нее не должно быть таких мыслей. Но не могла заставить чувства исчезнуть.


«Господи, что я должна делать…?»


      Она даже не могла задать это вопрос. Она, защищающая монстров, просто не имела права.

С такими мыслями она погрузилась в беспокойный сон.

____________________________________

— Интересно, какие отношения у сестренки с Элем.

— Ммм…

Лисия и Эмия находились в уголке небольшого церковного дворика. Вокруг не было слышно других сирот.

— Она должна просто подойти и сказать, что любит его.

Сказала Лисия, покачиваясь на ветке дерева, что росло в углу двора.

— …Но…мисс Саша…

Ответила Эмия, занятая рисованием на земле острым камнем.

— Я знаю. Сестренке не позволено делать подобные вещи.

Лисия спустила ноги, покачивая свое тело вперед-назад.

— …Потому что мисс Саша — монахиня (я решил глупым переводить «божья невеста» ведь тут Бог — женщина)…

Эмия опустила взгляд обратно на землю, встряхнула землю с камня, и продолжила рисовать. Там должен был быть получиться могучий рыцарь размахивающим своим мечем — Эль.

Лисия заворчала. Она раскачивалась на ветке все сильнее и сильнее, а потом отпустила ее и спрыгнула, приземлившись на приличном расстоянии от дерева.

— Хей, жених должен делать невесту счастливой, правда? (Она про то, что Богиня должна делать ее счастливой)

Повернулась и спросила она.

— …Да…

Эмия не глядя продолжила выцарапывать ее рисунок в грязи. Рядом с Рыцарем, напоминающем Эля, она начала рисовать женскую фигуру. Она принадлежала длинноволосой женщине — Саше.

— И что же Верховная Богиня сделала для сестренки? Она так старается, но никогда не получает награды от нее.

Эмия продолжала работать руками, не отвечая. Она добавила двух маленьких девочек в рисунок, каждая стояла по обе стороны от Эля.

— Разве сейчас сестренка выглядит счастливой? Она выглядит несчастной, и Верховная Богиня ничего для нее не сделала. Тебя это не беспокоит?

Печаль слышалась в голосе Лисии. Эмия продолжала молча смотреть на картину, что она рисовала.

— …Прости.

Лисия поняла, что на заданный вопрос Эмия не смогла бы ответить и извинилась.

— …Мы могли бы отказаться, но…

Сказала Эмия тише.

— Если мисс Саша по крайней мере будет счастливой с Элем…мы могли бы отказаться, но…

Парочка смолкла. Они росли вместе и понимали друг друга с полуслова. Он даже поняли, что оба питают чувства к одному и тому же недосягаемому человеку.

Лисия встала, с поникшей головой. Она выглядела так будто вот-вот расплачется. Эмия пристально смотрела на рисунок, обхватив колени. Капля воды капнула на картину.

— Я хочу, чтобы все были счастливы, но…

Когда Саша проснулась, ее состояние ухудшилось. У нее был жар, а суставы болели.

Это все походило на лихорадку. Она верила в то, что ничего с ней не случиться, но, как оказалось, Эль был прав, и она оказалась истощена.

Рассеянным взглядом Саша взглянула в окно и увидела, что там уже было темным-темно.

«…Если и дальше так будет продолжаться, то все кончиться тем, что все будут беспокоиться.»

Она попыталась приподняться, но сил не нашлось, и она рухнула обратно на кровать.

— …Как трогательно…

Вздохнув, пробормотала она.

«…Я хочу увидеть Эля.»

Эта мысль вдруг пришла в голову. Эль планировал остаться в церкви на все выходные. Если она захочет — то ей не составит труда встретиться с ним.

«И все же…»

Несмотря на то, что она могла увидеть его в любое время, ощущение его отдаленности не покидало ее. Невозможно передать то, что творилось в ее сердце, она была вынуждена носить маску в его присутствии. Хоть она и могла раскрыть ему свои чувства как никому другому, но все же ей приходилось продолжать скрывать их. Прежде чем она осознала это, слезы появились в уголках ее глаз.

И это было не из-за Эля; из-за церквушки, управляемой страной, монстров, которых она укрывала, разницей между церковной доктриной и ее собственными взглядами… Все это внезапно оказалось для нее ужасно тяжелым бременем.

«Нет, я просто ослабла из-за болезни.»

Она знала это, но все же слезы продолжали накапливаться, и в конце-концов стали стекать по ее щекам.

— Эль…

Она бессознательно позвала его в своем лихорадочном оцепенении. Но ее голос был хриплым и слабым, и он затерялся в сухом воздухе комнаты, не достигнув ничьего уха, кроме ее собственного…или так казалось.

«…Мана (ну в смысле магия, ну вы поняли)?»

Она никогда не ожидала, что почувствует ее в подобном месте. Но она почувствовала. Она бы, наверное, заметила и раньше, если бы была в нормальном состоянии. И теперь, когда она ее заметила, она почувствовала, что мана постепенно уплотнялась.

«Здесь…? Нет, дети…!»       Эта мысль подтолкнула ее предпринять еще одну попытку поднять ее ноющее тело, но оно отказывалось слушаться. Странно. Она думала, что ее состояние было вызвано лихорадкой, но это уже было ненормальным, почти как если бы…

«Я уже под воздействием заклятия…? О Боже…»

Ее мысли отчаянно метались в поиске выхода, но ее мозг, затуманенный лихорадкой, отказывался работать хотя бы в наполовину нормального уровня.

«…Меня…»

Тогда слабый голос зазвучал в Сашиной голове.

«Сейчас, это был…»

Саша по-прежнему была сбита с толку, когда она вновь услышала его.

«Можешь ли ты…я…»

На этот раз она была уверена. Этот голос не шел откуда-то извне; она поняла, что он звучал непосредственно в ее голове. Она испытывала эти ощущения раньше.

«…Господи…это ты…?»

Мысленно воззвала Саша.

«Ты слышишь меня? О, хорошо. Ну для начала, ты должна знать, что я не „Она (богиня)“».

Она знала, что это была не Верховная Богиня. Голос, что она слышала до этого, поражал ее достоинством и могуществом. Голос же, что она слышала сейчас, был ужасно соблазнительным; голос, который давал осознать всю женственность говорящей.

«…Кто ты?»

Спросила Саша, чуть настороженнее. Любое существо, способное передавать слова непосредственно в сознание человека, должно принадлежать к гораздо высшей степени развития (чем человек, разумеется). Что оставляло в неведении о своей истинной личности.

«Я? Я…Ах да, думаю, вы, люди, называете меня „Падшей Богиней“»

Она слышала, что есть бог, который покровительствует похоти и разврату. В противовес Верховной Богине, которая стояла за чистоту и целомудрие.

«…Мне нечего сказать тебе.»

«Хи-хи… Это ведь твой голос призвал меня сюда, знаешь?»

«Мой…?»

«Да. Ты загадала желание, не так ли? Ты хочешь, чтобы все были счастливы и улыбались, и, прежде всего…ты жаждешь его, не так ли? Для любимого?»

Тело Саши стало горячее. Она не могла скрывать свои секреты от бога. Она могла лишь молчать.

«Бедняжка, скрывающая это, точно следуя „Ее“ учению…»

Эти слова апостол Богини не могла игнорировать, не важно, кто их произнес.

— Беру слова обратно.

Сказала вслух Саша. Никто бы не подумал, что ее голос, обычно нежный, может быть таким строгим и грубым.

Но богиня похоти лишь хихикнула.

«Хи-хи… Ты симпатичная. Поистине очаровательна. Я с нетерпением жду, как ты изменишься…»

«Изменюсь?»

Дрожь пробежала по телу Саши. Что Падшая Богиня собирается сделать с ней?

«Нечего бояться. Я просто хочу исполнить твое желание, вот и все…»

«Мое желание…?»

«Правильно, мир, где каждый сможет жить счастливо, с улыбкой на лице…»

«Я никогда не возьму твою силу…!»

«Интересно, но как ты собираешься сделать это в одиночку? С текущим положением дел?»

Саша стиснула зубы. Павшая Богиня была права — сейчас, Саша не могла даже защитить улыбки на лицах близких людей, как бы ни пыталась. Даже тех детей из своей церкви.

Конечно, она не была настолько самонадеянной, чтобы думать, что она сможет решить все проблемы сама. Тем не менее, у Саши было сильное чувство ответственности, и она не могла отделаться от ощущения горя и досады.

«Ну? Для начала, ты думаешь „Она“ — должна ли я звать ее „Верховной Богиней“? Как думаешь, учения „Верховной Богини“ верны?»

«Конечно они…»

«Неужели? А ты уверена, что думаешь так не из-за того, что это вбили в тебя еще ребенком?»
«Это…не…»

«Даже Церковь, которая должна была хранить ее учения, начинает распадаться, как и эта

страна. И ты не можешь этого отрицать.»

«…»

«И с тех пор ты начала не повиноваться Божьим учениям… Или я ошибаюсь?»

«…! Разве я когда-либо ослушалась Богиню…?»

«Церковь в лесу. Ты думаешь, что ты смогла бы скрыть это? Ты говоришь с „богом“.»

«…Я, я…»

«Хм?»

Сашин голос дрогнул впервые. Ее голос звучал робко.

«Я не знаю… Просто не знаю…»

Падшая молчала, казалось, предлагая продолжить. Саша начала часто дышать, злясь на себя.

«В учении Богини…написано, что монстры — зло, порождения тьмы (обмазываемся Dragon Age-ем). Но…они забирают мужей и делают детей, заботятся о них, делятся своим счастьем с ними. Я просто не могу заставить себя считать их злом. Как апостол Богини, я не должна думать так, но…»

В какой-то момент она начала говорить в слух.

«Хи-хи. И почему же это не правильно — думать так?»

— …Потому что… Я…Богини…

«Потому что ты апостол Богини? Апостол бога не должен думать о добре и зле? Твой долг — оставить решать это на Богиню (что плохое, а что злое)?»

      Насмешка и жалость смешались в этом голосе. Саша хотела возразить, но нечем было. Даже если ее молчание будет означать, что вся ее гордость ничего не стоит, она не могла сделать этого.

«Позволь мне направлять тебя… Я покажу как сделать так, чтобы проявить улыбку на лице каждого, и, прежде всего…как сделать счастливой себя…»

— …Я смогу это сделать?

«Ты отказывала себе во всем, не так ли? Ты только игнорировала его и позволяла ему нарастать все это время. Мне жаль тебя.»

— …Что?

«Что она имеет в виду?»

«Это ты позвала меня, знаешь?»

— Я…звала…?

«Что это могло бы быть? Что она сказала?»

Вдруг Саша поняла, что характер тепла в ее теле изменился.

— Хаа…хаа…ах…

До этого, это был явно жар, вызванный болезнью. Ее суставы ныли, а тело было вялым. Но теперь что-то изменилось. Ее тело все еще было горячим, но жар уже не был неприятным. Напротив, она почувствовала, как каждая клеточка ее тела оживилась и излучала тепло. Это были те ощущения, что она отрицала и избегала с тех пор, как отдалась Богине.

— Хаа…ах…

Женский орган, находящийся глубоко внутри ее живота, та часть, про которую она старалась забыть, пульсировал, будто бы стал вторым сердцем. Соски затвердели и стали чувствительными и трения об одежду было достаточно, чтобы заставить их гореть.

— Н-нет… Не…не так…!

Саша делала глубокие жаркие вздохи, извиваясь так, что кровать скрипела.

«Хи-хи… Я была права. Просто посмотрите как ты сдерживалась.»

— Так…подло…!

«Ой? И чего такого подлого в этом?»

— Т-ты используешь магию, чтобы заставить человеческое тело…!

«Я не заставлю тебя; я только разбудила тебя.»

— Разбудила…?

«Все вещи, которые вы делаете вид, что не замечаете, уже существовали, просто вы всегда игнорировали их во имя Богини.»

— Что… Что?

Саша пыталась найти выход из этого затруднительного положения, но ее мысли отказывались подчиняться. Ощущения, захватившие все ее тело, которое будто кипело, препятствовали ее мыслям.

— Аах… Ах… Эль… Эль…!

Слова вырвались бессознательно. Это был единственный человек к кому Саша, которая отказалась полагаться на кого-то, обращалась за помощью. И в тот момент она произнесла это…

*Тук-тук (да-да, пытался сымитировать звук ударов сердца)*

Мощная пульсация прошло через все ее тело, будто оно превратилось в одно гигантское сердце. Когда это произошло, лицо Эля всплыло в ее сознании.

— Ах… Эль… Эль…

*Тук-тук*

Каждый раз, когда она произносила его имя, сердцебиением откликалось все ее тело, с центром в пояснице.

— Ннх… Эль…

*Тук-тук*

Тепло превращалось в удовольствие с каждым ударом.

— Эль…

Саша начала с отчаянных криков о помощи, но она даже не заметила как томные нотки прокрались в ее голос, а черты ее лица начали приобретать оттенки удовольствия.

— …Нет! Нет, нет!

Но потом Саша взвизгнула и обхватила себя, насколько смогла, свернувшись клубочком, как зародыш.

— Не так…! Я не хочу этого…!

Она отчаянно вцепилась в собственное тело, пытаясь отогнать пошлые ощущения, которые начали заполнять его (тело).

«Хи-хи… Я знаю, что ты думаешь…»

— Я…Я никогда…не предам Богиню…!

«Ты, конечно, приноровилась обманывать себя… Послушай, ведь на самом деле ты больше не веришь в Верховную Богиню, не так ли?»

— Это… Не так…!

«В самом деле? Это так? Давай, спроси свое сердце, в кого ты на самом деле веришь. Кому ты можешь полностью доверять? Кому ты хочешь всю себя отдать?»

Саша прикусила губу и продолжила качать вертеть головой. Она чувствовала, что что-то произойдет, если она не будет делать этого. Она отчаянно пыталась стереть лицо Эля, которое всплывало в ее разуме каждый раз, когда ее спрашивали.

— Я…Я…

«Кого ты на самом деле любишь?»

Саша чувствовала, что не только ее тело плавиться; голос Падшей проникал даже в ее разум и разъедал его. Она не должна была позволить этому случиться. В этом случае, чувства, что она подавляла…

«Да, ты подавляла их, не так ли?»

— …

«Не пытайся их скрыть… Покажи свои желания, свои надежды…высвободи их.»

Без предупреждения, Саша испытала сильное давление и всеохватывающее удовольствие одновременно. Когда она взглянула вниз, она увидела, что ее собственные руки мяли ее грудь через одежду. Она поспешила ослабить хватку, но руки отказывались слушаться, будто бы не повиновались ее воле. Ее руки сильно сжали ее грудь, из-за чего они до неприличия деформировались.

Саша застонала от шока и удовольствия, а ее ерзанье, заставило заскрипеть кровать. Руки отказывали отцепляться от груди. Напротив, они проскользнули под ее одежду и начали трогать ее сиськи напрямую.

— Аааахн.

Ее левая рука скручивала сосок, в то время как ее правая скользнула вниз к пояснице.

— Стой!.. Не там! Не…

Ее правая рука, игнорируя мольбы своего владельца, проскользнула в нижнее белье.

*Хлюп*

— Ааааах…

Саша поняла, что она настолько промокла там, внизу, что ее нижнее белье перестало служить своей цели. Она даже не успела почувствовать стыд, как два пальца правой руки начали безжалостно тереть источник этой влаги.

*Шлик*, *шлик*, *шлик*

— Ааах…

Стоны Саши, скрип кровати, и тихие, влажные звуки продолжали заполнять комнату.

— Стойте…! Прекратите…! Не нравиться…!

«Хи-хи… Знаешь, а я ведь не контролирую тебя? Видишь ли, твое тело мстит тебе.»

— Мс…мстит…?

«Твое тело стремилось к этому так долго… Оно умоляло об этом…»

— Хьях…

Ее правая рука, которая играла с ее гениталиями под нижним бельем, сейчас проникали в них двумя растопыренными пальцами.

«Оно готово и хочет принять их…»

Ее средний палец ласкал ее только показавшуюся девственную киску, размазывая и покрывая ее любовными соками.

«Желание почувствовать это выросло настолько…»

Ее средний палец игрался с ее затвердевшим клитором. Придав удовольствия, рука, пропитанная любовными соками, вернулась к верхней части тела.

«Что теперь оно жаждет пожать плоды…»

Ее руки сильно сжали соски, будто бы пытаясь выдоить молоко.

«Но все же ты пошла на предательство своего тела в пользу разума, не так ли?»

— Ты врешь… Врешь, врешь, врешь…!

Саша продолжала корчиться, уже даже не уверенная, что она отрицает.

«Хи-хи… Ну хорошо, если ты не можешь признать это, ты можешь просто остаться такой на всегда.»

— Нет…!

Примечание к части

С бэтой все глухо, поэтому, я решил больше не ждать и выложить так, как есть(ну почти), просто вырезав все моменты сомнительного содержания с Лисией и Эмией. Вообще, не смотря на сеттинг, эти моменты не так важны, а если вам очень хочется, то вы всегда можете прочитать вырезанные части на агло вики. Читая сейчас все это, я понимаю, что многое надо подправить в переводе, но на это у меня сейчас нет ни времени, ни желания.

В круглых скобках - мои комментарии\примечания.

Жирным шрифтом - реплики Падшей.

Глава 2

Как долго это продолжалось? На самом деле прошло всего несколько часов, но они показались Саше вечностью. Тело Саши продолжало все время извиваться, издавая непристойные, влажные звуки. Неважно как Саша пыталась унять свое тело и похоть, что переполняло ее тело, она продолжало насиловать себя. Как бы она не пыталась успокоить тело, похоть лишь росла.

-Спаси…меня…

Пробормотала Саша.

«Кто?»

Голос Падшей, который надолго умолк, вновь раздался в ее голове.

«Кого ты просишь спасти тебя?»
-…Кто…?

Кто придет, Чтобы спасти ее от этой похоти, от этого тепла, от этого несчастья…спасти ее от одиночества, от грусти, беспомощности…

«Ты знаешь, не так ли?»
Читали ли она мысли Саши или проста догадалась, голос Падшей звучал так, будто она знала обо всем. Нет, ей, вероятно, не нужно читать мысли или догадываться. Ответ был слишком очевиден. Только один человек мог унять разгоряченное, ноющее тело Саши и ее замерзшее сердце.

-Эль…

Пробормотала она, а слезы капали крупными, мутноватыми каплями из ее глаз.

-Спаси меня… Спаси меня, Эль!

Этот крик вырвался из ее сердца.

«Эль…? И зачем же он тебе нужен?»

-Помоги… Помоги…! Пожалуйста! Пожалуйста, я прошу тебя… Эль!

«О чем ты хочешь попросить его?»
-Чтобы…он…спас меня!

Как только она закончила причитать, ее правая рука начала теребить клитор и, подергиваясь, приподняла бедра над кроватью. На мгновение тело Саши образовало дугу. Затем, через пару секунд, она безвольно рухнула на кровать. Когда она лежала, подергиваясь, Саша подумала, нет, это не оно. То, чего я ищу (она о своей мечте), не может быть чем-то подобным…

«Правильно… Не сдерживайся. Не отказывай себе в своих желаниях. Это путь к счастью.»

-…То, что я хочу… Счастье…

«Да, это станет твоей новой целью. Ты отбросишь фальшивые маски и научишь этому каждого. Тогда ты приведешь их всех к истинному счастью.»

Тень, почти осязаемая, медленно сочилась из-за ошеломленной Саши — если быть точным, из зазора между Сашей, лежавшей лицом вверх, и кроватью — и начала медленно, бесшумно подкрадываться к ее телу.

«И тогда ты исполнишь свои истинное желание…»

Наконец, черная тень стала обволакивать все тело Саши, подобно бесформенной одежде. Саша чувствовала теплую ману, циркулирующую в ее теле. Она больше не сопротивлялась. Не было даже мысли об этом. В конце концов, это было правдой. Теперь она знала, чего она хотела на самом деле, и то, что ей нужно для этого делать…

Наконец, тьма, окутывавшая ее, стала исчезать, стекая с нее подобно жидкости.

«Теперь я спрошу тебя снова: „Что ты любишь больше всего?“»
Саша поднялась, встала с постели. Она так твердо стояла на ногах, что трудно было представить, что совсем недавно она лежала с высокой температурой. Ее внешность также изменилась.

Саша была одета в странные одежды. Она (одежда) напоминала ту чистую, белую робу монахини, что она обычно носила, только черного цвета. Она была украшена зловещими красными драгоценными камнями и цепочками в некоторых местах, а ее бюст был открыт, будто подчеркивая его размер. Сам факт того, что ее одежда, в некотором роде, осталась на месте, породила своего рода богохульную красоту, как оскверненную святыню.

Изменилась не только ее одежда. Ее уши стали острыми, как у эльфов, а крылья, черные как ночь, проросли из ее бедер. Из основания этих крыльев рос хвост с кончиком в виде сердца — визитной карточки суккубы. Вот только цепь, овитая вокруг хвоста отличала ее от остальных суккубов. Но пожалуй самое заметное изменение, были ее глаза. Глаза Саши раньше были ясно-голубыми, как море или небо, теперь стали красными, подобно красному вину, и источали зловещий блеск.

Улыбка была на ее лице. Но это не была та теплая улыбка, которая вызывали ассоциации с солнечным светом. Ее щеки покраснели, веки прищурены, а все ее лицо наводило похотливое впечатление.

Саша вздохнула, затем осторожно облизнула губы. Даже этим маленьким жестом, она разожгла бы неудержимую мужскую похоть.

-Того… Кого я люблю…

________________________________________

Лисия и Эмия стояли перед Сашиной комнатой. Тень беспокойства омрачала их лица.

-Ее нигде нет… Она и вправду не выходила из своей комнаты.

-…Она могла…подхватить…простуду.

-…Сестренка должно быть устала.

Лисия осторожно постучалась и сказала:

-Сестренка? Ты в порядке?

-…

-…

Ответа не было. Парочке стало неловко. Возможно, Саша лежала без сил в своей комнате.

-Сестренка? Мы входим!

Лисия почувствовала необходимость открыть дверь. Когда она заглянула в комнату, на мгновение она не поняла, что увидела.

Развевающееся черное оперение кружилось в комнате, а среди них стояла женщина. Раз она в комнате Саши, то должно быть это и есть Саша. Но она не была похожей на Сашу. Пусть ее лицо и напоминало Сашу, но ее одежда слишком отличалась. На женщине был странный черный костюм, который производил зловещее впечатление — прямую противоположность тому, что было у Саши, которая состояла в основном из белых тонов и производило впечатление непорочной красоты.

Ее бездонные голубые глаза стали красными, как у вина. Ее лицо, с которого никогда не сходила добрая улыбка, было перекошенным, будто пьяным. Ее лицо никогда не было таким…по крайней мере Лисия не видела такого.

Саша медленно повернулась к Лисии. Лисия инстинктивно отступила.

-…Что-то…не так…?

Сказала Эмия, которая стояла за Лисией, и не могла видеть комнату.

Лисия остолбенела. Ее инстинкты кричали ей, чтобы она бежала отсюда, бежать от этой странной женщины в комнате. Даже если она полностью изменилась, это все еще определенно была Саша.

-Лисия…

Саша позвала Лисию, все еще небрежно улыбаясь. Это заставило Лисию понять, что это женщина действительно была Сашей.

Эмия, которая высунула голову из-за Лисии, тоже увидела Сашу и замолчала.

-Эмия…

Произнеся оба имени, Саша раскинула руки, будто бы говоря: «Идите сюда».

При этом, Лисия и Эмия бессознательно шагнули вперед. Обе из них знали, что этого они не должны были делать, что это опасно. Но вариант «развернуться и убежать» был отброшен в тот момент, когда она развела руками.

Саша осторожно обняла робко приближающуюся пару. Ее черные перья покрыли девочек, будто окутывая их. Они сначала боялись этих крыльев, но как только они были окутаны теплом и запахом Саши, так же как и раньше, они вскоре расслабились.

-С-сестренка… Что…случилось? Я имею в виду, ммм…

Лисия недоуменно посмотрела, не зная что сказать. Саша прервала ее.

-Прости.

-П-почему ты извиняешься? (Потому что она Энакин, а это храм джедаев в 3-ем эпизоде)

Парочка выглядела сконфуженной.

-Потому что я всегда учила вас отказывать себе…

-…Это…не…

-Ты не должна.

-Да…?

Девочки посмотрели друг на друга. Было что-то завораживающее в выражении лица Саши…но оно было все таким же теплым как и раньше.

-Вы не должны отказывать себе в том…чего вы действительно хотите.

-Ч-чего мы хотим…?

Саша прижала растерянную парочку обратно к груди. Окутанные приятным запахом и обнимающие широкое декольте, они были в восторге.

Девочки не могли знать, но пока они стояли так в восторге, огромное количество маны вливалось в их тела через черные крылья, что обернули их.

Мана начала оказывать влияние на их мысли. Целомудрие, здравый смысл и этика, которым их учили в церкви начали постепенно расплываться в их умах. Но даже так, было что-то, что зацепило (заострило их внимание) их. Потому то, что они хотели на самом деле было…

-Нет… Мы не можем…сестренка… Т.е., то что мы хотим на самом деле это…

-…

Парочка выглядела грустной. Несмотря на это улыбка не сошла с Сашиного лица.

-Я знаю… Я была уверена…что вы чувствуете тоже, что и я.

-Но сестренка, это значит, что…

-…То же самое…? Ты имеешь в виду…

-Нет необходимости давать здравому смыслу сдерживать тебя… Давайте…будем счастливы, все вместе…

-…Все…вместе…

Девочки поняли, о чем говорила Саша. До этого, им было бы трудно принять это. Но из-за маны, что начала проникать в их тела, их мораль была изменена. И их просыпающиеся инстинкты монстров шептали им, что путь Саши — единственный способ осчастливить всех.

-Теперь… Я дам…вашим телам больше, чтобы сделать вас еще счастливее…

Говоря это, Саша улыбалась рассеянной улыбкой, а ее пальцы осторожно коснулись губ девочек. Одно только это принесло им удовольствие, которое они никогда не испытывали.

-Оо…? Аах…сестренка?

-Ч-что-ты делаешь?

-Нечего бояться… Вы перерождаетесь в тела, которые заставят его полюбить вас намного больше.

Тела, что смогут заставить Эля полюбить их… Когда девочки услышали эти слова, все мысли вылетели из их головы.

-Да… Я хочу стать…

-Я хочу, чтобы…братишка любил меня…

Когда Саша услышала слова парочки, она заулыбалась сильнее. Она обернула их в свои крылья и ману.

___________________________________________

Эль, пробудившись от дремы, приоткрыл глаза. Сначала все плавало перед глазами, а затем резко открылись. Он приподнялся с кровати в его комнате, подтянулся и сонливость прошла.

«…Что это? Что-то не так…»

У Эля не было магических способностей, и он не мог ощущать ману, но странные возмущения в атмосфере церкви на уровне шестого чувства, что зародилось в нем во время обучения, подсказывали об этом.

Эль распахнул окно и выглянул наружу. Огни домов рассеивали ночь — ничего необычного в этом ночном пейзаже не было. Но когда он прислушался, то услышал торопливые шаги и что-то похожее на крики, а так же другие странные звуки. Эта ночь явно была необычной.

Вдруг, он увидел двух мужчин, бежавших по улице. Они бежали, отчаянно крича, будто бы пытались сбежать от чего-то. Затем, в поле зрения показались их преследователи.

«Это…!»

Преследователями были женщинами, они двигались почти в два раза быстрее, чем убегавшие. Но это были явно не человеческие женщины. Судя по их лапам и ушам, что проросли на голове, они были оборотнями.

«Монстры?! Как они тут оказались?!»

Пока ошеломленный Эль смотрел, оборотни быстро догнали мужчин и растащили по одному. И таким образом, группа стала частью тех криков — воплей удовольствия — раздающихся в городе.

-Черт!

Эль подскочил к шкафу и быстро надел обмундирование церковного солдата. Затем, с мечом в руке, он выбежал из комнаты. Что бы ни случилось, он должен был эвакуировать сирот, а затем доложить Саше.

Эль обдумывал план действий, пока бежал по коридорам. Он достиг двери, ведущей в большую комнату, где спали сироты, но инстинктивно замер, держа руку на ручке.

-Ааах…

-Оах…

Он услышал шум, доносящийся из комнаты. Как он ни старался, он не мог объяснить эти стоны чем-то другим, кроме…

«Нет!»

Его лицо исказилось отчаянием, Эль распахнул дверь.

-…Какого…черта…

Эль застыл на месте.

Ряды трехъярусных коек были расположены вдоль стен, разделенные друг от друга шторами в центральном проходе. Если смотреть со стороны двери, то кровати девочек были справа, а у мальчиков слева. Вообще-то мальчики и девочки должны спать в отдельных комнатах, но в церкви было мало места.

Когда Эль вошел в комнату, то обнаружил, что шторы были порваны в лохмотья, а ни одной из девочек не было на правых кроватях. Зато он слышал непрекращающийся шум со стороны кроватей мальчиков.

* скрип *

Первое, что доходило до ушей — скрип кроватей. А на первой, второй и третей мальчишеских кроватей извивалось явно извивалось несколько человек. Когда он прислушался, то услышал как влажные звуки смешивались со скрипом.

-Ааах… Синтия…бросила его…

-*тяжело дышит*…Я люблю тебя…

-Иии! Н…не соси так…

-К…! Кончаю…

-Сперма… Сперма…

-Ноэль… По…почему ты…

-Хаах…хаах…хаах…ахн…

Звук стонов обезумевших сирот наводнили слух Эля, нравилось ему это или нет. Он стиснул зубы, положил руку на рукоять меча…и замер. А что он сделает, когда вытащит меч? Убьет всех сирот одного за другим…?

-Черт возьми…

Эль стоял неподвижно, сжимая руку на рукояти меча.

-Черт… Черт!

Пока он стоял так в недоумении, расстроенный от собственного бессилия, знакомы голос достиг его ушей.

-Бра…тишка… (я тебе покушать принес)

Эль резко развернулся и сосредоточился на звуках.

-…Эль… Брат…!

Как только он снова это услышал, Эль помчался вон из комнаты. Он был уверен в том, кому этот голос принадлежал…

Голос, казалось, доносился из столовой. Эль несся по коридорам. Когда он добежал до столовой, он приложил ухо к двери, прежде чем ухватиться за ручку.

Насколько Эль слышал, там было тихо. Он осторожно приоткрыл дверь, чтобы не шуметь и вошел внутрь.

В столовой был длинный стол и множество расставленных стульчиков. В комнате никого не было, были только отголоски шумов снаружи. Элю с трудом верилось, что только сегодня он мирно ел в этом самом месте вместе с сиротами. Это заставило Эля вспомнить ту картину, которой он стал свидетелем в спальне сирот, он покачал головой, отгоняя это воспоминание.

Эль осторожно прошел через столовую, присматриваясь к теням под столом и стульями, и достиг кухни.

-Лисия…ты там…?.. Это я.

Сказал он вполголоса.

В ответ на это дверца шкафа возле Эля проиоткрылась.

-Братишка…?

Лисия и Эмия прятались внутри, прижавшись друг к другу. Видимо они заметили что-то необычное, раз выбросили оттуда всю посуду и спрятались там.

-Братишка!

Как только они узнали Эля, парочка выскочила из шкафа. Эль крепко обнял девочек.

-Ааа… Ух, братишка…?

-Ммм… Эль…?

-Я так рад… Я так рад, что вы в порядке…!

Обнимал Эль парочку, чуть ли не плача. Он еще мог хоть что-то сделать. По крайней мере для этих двоих было не слишком поздно… Для себя он принял решение, что, что бы ни случилось, он, по крайней мере спасет этих девочек.

В это время парочка тоже обнимала его. Они залились краской, а их лица выглядели восторженными.

-Пойдем. Тут опасно. Я доставлю вас в безопасное место, следуйте за мной.

Эль выпустил девочек из объятий и начал командовать. Однако, девочки стояли с глупым выражением на их покрасневших лицах.

-Лисия? Эмия? Что-то случилось, вы больны?

—…А? Ох… Нет, я-я в порядке…

-Ммм…

Парочка выглядела так, будто их лихорадило, но, учитывая обстоятельства, не было времени лечить их.

-Простите, обе. Это может быть трудно, но постарайтесь и вскоре мы найдем безопасное место.

Эль размышлял, пока говорил. Если такое твориться во всем городе, то вряд ли тут есть безопасное место. Тогда, к кому он мог обратиться? Он даже не подумал об этом.

-Ну конечно! Ты знаешь где Саша?

Саша была главой этой церквушки, а так же она была героем, который сильнее, чем обычный солдат, которым Эль надеялся стать.

-Д-да, она была у алтаря.

-Часовня… Хорошо, мы идем туда. Держитесь по ближе ко мне.

Эль вывел парочку из столовой, внимательно озираясь по сторонам.

-Ха… Ха…

-Нгх… Давай…

Девочки действительно выглядели плохо. Эмию не держали ноги и Лисия поддерживала ее. Эль честно хотел посадить одну из них себе на спину, но тогда он не сможет быстро среагировать на опасность. Он быстро извинился и поспешил вперед.

* кап*, * кап *

Эль, что был впереди, не заметил томные взгляды, направленные на его спину, или непристойную жидкость, стекающую по их бедрам.

-Ооо… Эль… Эллль…

-Так держать…еще немного… Еще чуть-чуть…

Стоя перед дверями часовни, Эль ощутил холодок, пробежавший по спине, причину которого не мог объяснить. Часовня была небольшой. Однако, сказать, что она показывала могущество Богини…было бы преувеличением, но все же он всегда видел что-то величественное в этом месте. Однако теперь, он чувствовал лишь угрозу, исходящую от часовни. Будто предчувствие…

-Братишка…?

Произнесла Лисия, что стояла за Элем, который встал, как вкопанный, перед входом.

-…Нет, ничего. Все в порядке. Саша тут?

Лисия покраснела еще сильнее и кивнула.

Сейчас не время для промедлений. Странное беспокойство овладело им, но, что важнее всего, он должен найти Сашу как можно скорее. Эль толкнул украшенные орнаментами двери, и она открылась с резким скрипом. Возможно это было лишь его воображение, но ему показалось, что даже этот звук отличался от обычного.

Тишина вновь воцарилась в пустой часовне. Будто бы не покидала её.

Там была только женщина, одиноко молившаяся (на коленях) у алтаря в центре. Прекрасные небесно-голубые волосы, достающие до бедер, дали понять Элю, что это Саша.

-Саша! Са…

Эль бросился к ней, но инстинктивно остановился на полпути. Что-то было не так. Но что? Эль тщательно осмотрел помещение, пытаясь найти источник своего беспокойства. И вдруг, он заметил.

Пропал. Он пропал. «Крест», который должен висеть на стене над алтарем пропал.

Саша никак не могла этого не заметить. И все же она стояла там перед безкрестным-алтарем и молилась.

-…Саша?

Эль медленно попятился, положив руку на рукоять меча. Его тело реагировало спокойно, но в его разуме все бурлило. Он не мог в это поверить. Он не хотел признавать это.

-Эль…я ждала тебя.

Саша поднялась и повернулась.

В этот момент его последние надежды рухнули — он увидел ее лицо.

Улыбка на губах, влажные, восторженные глаза…это было неправильно. Та Саша, которую Эль знал, никогда не делала такое лицо. Это было прямо как…как…

Язык Саши облизнул ее губы. Этого движения хватило, чтобы дрожь прошла по спине Эля и заставило его пенис вздрогнуть.

Эль смутился из-за реакции своего тела. Не то чтобы он никогда не воспринимал Сашу как объект сексуального вожделения; это было бы не естественным, если бы он не чувствовал влечение к женщине одного с ним возраста, особенно с лицом и фигурой, что заставила бы повернуться ей вслед (если бы она прошла рядом). Но не смотря на это, для Эля она была как старшая сестра, уважаемый герой, иногда даже кто-то вроде мамы.

-Я ждала тебя…долго-долго…

Саша не спеша пошла к Элю. Эль отступил.

Затем он заметил что-то, навроде черного тумана, поднимающегося от ног Саши.

-Я пыталась отрицать себя…так долго…

Начиная с Сашиных ног, ее белоснежный наряд священника превращался в черный, будто бы окрашивался этим черным туманом… Нет, он не просто изменял цвет, но и дизайн тоже менялся, пока Эль наблюдал.

-Эль, я так ждала…

Как бы радуясь тому, что облачилась в черное, будто маня Эля в объятия, Саша развела руки. Туман начал покрывать и их.

-…объединения с тобой…

Звон металла эхом разносился в комнатке, пока цепи овивали ее материализовавшийся хвост, радостно покачивающийся, и ее замутненные радостью глаза окрасились в цвет красного вина.

Теперь это уже не Саша. Не та Саша, что знал Эль.

Эль отчаянно пытался бороться со своим сердцем, не желая осознавать факты, и пытался подумать. Разница в силе между ним и Сашей была слишком большой. Его шанс на победу в борьбе с ней даже не 1 к 10000. В таком случае он должен…

-Лисия! Эмия! Бежим! Бежим!

* хлоп *

Звук захлопнувшихся дверей наполнил комнату, будто бы отрезая слова Эля. На мгновение он почувствовал облегчение.

«Хорошо, хоть они могут уйти»

Однако, когда Эль повернулся, его осенило.

Девочки и вправду закрыли двери, но не потому что убежали. Они все еще были внутри… Потом он видел тот же черный туман, взвивавшийся от их ног.

-Ты не должен убегать…

-Эль…

Сразу же туман окутал парочку, окрашивая их в угольно-черный с головы до ног. Синяя одежда, сверкающая чистотой, казалось растаяла, и превратилась в черные платья, будто на основе священнической, как у Саши. <…>, и там и тут были оформлены тематическими аксессуарами — цепями. Эти наряды, акцентировавшие внимание на незрелости парочки в каком-то смысле были непристойнее Сашиного.

Изменения не ограничились одними лишь костюмами. Изогнутые козлиные рога выросли на головах девочек, а черные крылья появились на бедрах. Обернутые цепями хвосты, как у Саши, покачивая издавая металлический звук.

Парочка отошла от двери, их глаза цвета красного вина начали приближаться к Элю.

Эль сжал рукоять меча и дрожащими руками вынул его. Знакомый холодок рукояти обычно успокаивал Эля, но сейчас это не очень-то работало.

Все трое неторопливо, улыбаясь, приближались к Элю. Соблюдая их темп Эль попятился с мечем наготове, пока не уперся спиной к стене. Отступать уже некуда.

-Саша, пожалуйста…! Это не ты!

Эль обратился к Саше и девочкам, наставляя свой меч на них дрожащими руками.

Несмотря на меч, смотревший на нее, Саша не перестала улыбаться и не замедлилась. Она подходила к Элю все ближе. Девочки, с другой стороны, тоже. Наконец, Саша подошла так близко, что острие меча почти касалось ее горла.

Саша не остановилась. Острие меча прошло мимо ее головы, а клинок оказался на волоске от шеи. Свет, отражавшийся от меча, подсвечивал ее горло.

Долг Эля, как солдата Ордена, был до ужаса прост. Просто взмахни мечем. Он каждый день чистил и точил меч, и его лезвие легко отсечет голову Саши, уничтожив серьезную угрозу Ордену.

-…Пожалуйста.

Его руки дрожали. Улыбка Саши отражалась в дрожащем отражении (ну на мече, а он дрожит), как и сердце Эля.

-Сес…тренка…

Эль назвал Сашу так, как он звал ее давным-давно. Его лицо уже не было солдатским. Теперь это было лицо ребенка, который вот-вот заплачет. С таким лицом он назвал ее «сестрой».

Меч выскользнул из его рук.

* звук падающей железяки о твердую поверхность *

Звук эхом разошелся по часовне. Руки Эля опустились.

Это было очевидно. Для Саши, Лисии, Эмии, и даже для самого Эля. Не зависимо от того как туго бы ему пришлось, он бы никогда не смог поднять руку на эту троицу.

Саша осторожно обняла Эля, окутывая его руками и своими черными крыльями. ОН чувствовал, будто что-то высасывается из него через то место, где их тела соприкоснулись. Сила покидала его тело.

Мгновение спустя Эмия дошла до Эля и крепко ухватилась за него справа. Перед тем как обнять Эля, Лисия остановилась, чтобы забрать его меч, который упал к его ногам. Она крякнула от напряжения и швырнула его через все помещение. Даже не глядя, куда гремя упал меч, она вцепилась в Эля слева.

-Хи-хи-хи…

-Аха…

-Хи-хи-хи…

Обнимаемый тремя суккубами, Элю стало так хорошо, что он начал боятся, что его ноги отнимутся. Его тело было охвачено нежными материнскими объятьями — нежными и умиротворяющими, и детскими объятьями — цепкими и очаровательными, и неописуемо приятным запахом.

Троица повела Эля к алтарю, все еще цепляясь за него, будто приклеенные. Эль, теперь лишенный воли к сопротивлению, не сопротивлялся. Когда они достигли алтаря, Саша с любовью провела пальцами по щеке Эля.

-Ах… На самом деле я всегда хотела сделать это… Я хотела сделать это с тобой, Эль…

-Сестра…

Глаза Эля выражали смирение и удивление. Он отчаялся от своей беспомощности в этой ситуации, но в тоже время был в шоке от признания Саши. Видя состояние Эля, Саша усмехнулась.

-Ты удивлен?.. Хи-хи. Полагаю, что так. А ты ожидал другого?

-Эт-это не…

Эль был смущен, он думал, что он доставлен к алтарю как подношение.

-Что вы хотите сделать со мной…?

-Ох, не волнуйся…мы только помолимся.

-Помолимся?

Кому они собралась молится в этой безбожной церкви? Саша заметила сомнения в глазах Эля и улыбнулась.

-Я все еще слуга Бога. Ничего не изменилось…кроме Бога, которому я служу.

-Т-ты служишь другому…богу?

Саша потянулась к уху Эля и прошептала

-Падшей Богине.

Эль был в шоке. Падшая Богиня. Языческое божество, стоящее в противовес Верховной Богине и ее чистоте и воздержанию. Бог, чье учение основывалось на свободном сексе и похоти. Он не мог в это поверить. Рассказы о том, что некоторые священники и монахини были соблазнены Падшей и отдались ее объятьям, иногда доходили до него, но почему Саша, которая была верна Верховной как никто другой?

-Потому что я тебя люблю.

-Что…?

-Я сделала это, потому что я люблю тебя.

Саша отвечала так, будто читала его мысли. Ее глаза смотрели иначе, чем до этого. В них теплился подлинный свет. Заглянув в ошарашенные глаза Эля, Саша продолжила.

-Я хочу быть с тобой больше, чем служить Верховной… Нет, больше, чем хочу служить Падшей или любому другому божеству.

Глаза, что некогда светились чистым сиянием, затуманились похотью, но по-прежнему были искренними.

-Я хочу заняться с тобой любовью… Я хочу… — тут Саша запнулась, и покраснела до ушей — заняться сексом с тобой.

Она говорила это застенчиво. Казалось, что даже став монстром, Саше было неловко произносить эти непривычные слова. Выражение ее лица заставило сердце Эля, утонувшее в отчаянии, вынырнуть.

-М-мы не можем… Мы не должны делать…этого…

Эль покраснел и отвел глаза. Он больше отвечал не «монстру», а его «старшей сестре».

Вдруг, парочка, цеплявшиеся с двух сторон за Эля, надули щечки и присоединились.

-Я тоже, братишка! Я тоже тебя люблю!

-Я тоже.

Сказала парочка, <…>. Эль пришел в замешательство от этих мягких прикосновений. Он считал их милыми, но никогда не испытывал к ним подобных чувств. Он даже не думал об этом.

Но дьявольское очарование монстров — страшная вещь. Оно может оказать влияние даже на тех, кого обычно не привлекает подобное.

-Отпустите меня, вы двое!

Внутренняя борьба была видна в его лице, и обе девочки были рады увидеть это. Их чистосердечное признание поколебало решение Эля. Не будь они монстрами, у них бы, наверное, никогда этого не получилось.

-Хи-хи… Похоже ты понял наши чувства. Что ж, помолимся.

-Что вы подразумеваете под «помолимся»?

Пока он говорил, Эля положили перед алтарем. Саша оседлала его бедра, Лисия правую руку, а Эмия левую. Лежащий как крест, прижатый тремя телами, Эль не на шутку встревожился.

Троица посмотрела вниз на несчастного Эля и сцепили руки в молитве. Они закрыли глаза и проговорили в унисон.

-Я, Саша Формун…

-Я, Лисия…

-Я…Эмия…

* троица вместе * -…Клянусь… Служить тебе… Вкусить тебя… Быть рядом с тобой… И пасть вместе с тобой.

Они практически пропели строки, напоминавшие брачный обет. В тот момент, когда они закончили, три апостола Падшей Богини вцепились в Эля, который не мог скрыть свое смущение.

-Мммх.

-Мпх?!

-Ах!

-Ооо…

Это была Саша, первая, кто вырвала поцелуй. Она оттолкнула парочку, будто дети тянувшихся к сладостям, в сторону, и с выражением полного удовлетворения поцеловала его в губы. Девушки на мгновение надулись, но быстро засунули свои язычки Элю в уши.

Эль корчился в агонии удовольствия. Сашин язык скользнул в его рот, охватил его язык, и начал свой страстный танец. Саша, посвятившая свою невинность Богу, была неопытной, но ее инстинкты помогали отыскивать эрогенные зоны с высокой точностью и принесла Элю все то удовольствие, который рот Эля только мог почувствовать. Недовольные тем, что внимание Эля сосредоточилось на удовольствии неиствовавшим в его рте, два маленьких язычка в его ушах приносили волны такого удовольствия, о которых он и подумать не мог. Прежде всего громкие, влажные звуки доносились до его слуха.

Он корчился от удовольствия, чувствуя будто три язычка елозили прямо по его мозгу. Три тела, обвитые вокруг него живые цепи, пресекали любое движение, которые лишь усиливали ощущения их мягкости.

Зрелое тело Саши прижалось вплотную к его туловищу, когда она нагнулась над ним, ее обширные окружности, ее живот давили на его уже сильно набухший пенис. <…> -Ооооо… Братишка… Я люблю тебя…

-Эль… Нгх.

<…>

<…> Саша смотрела на умелые ласки девочек с радостью, и с усиленной страстью продолжила танец во рту Эля.

* звук цепей *

Три черных хвоста счастливо раскачивались возле алтаря. Каждое их движение наполняло помещение гулом звенящих цепей.

* влажные звуки *

Влажные звуки, как у кошки лакающей молоко, исходили от троицы.

Эль испытывал сильное чувство вины, но и такое же сильное удовольствие. Он был там, где сироты обычно собирались, чтобы помолиться Верховной Богине; место, эха чистых молитв; место, где Саша выслушивала тревоги и исповеди сирот, и направляла их на истинный путь; место, атмосфера которого столь чиста и ясна, что вы бы назвали это единственным чистым местом в этих грязных трущобах. Он совершал самый непростительный акт в этом, какой только можно совершить в присутствии Бога. И он отдавался этим непристойностям с Сашей, монахиней, которая должна быть апостолом Бога, Саша, которая должна была спасти всех, как герой, а так же с двумя несовершеннолетними.

Он не мог удержать себя от какого-нибудь мысленного проклятия, но это из-за того, что акт сопровождался интенсивным удовольствием. Как бы не чиста была их природа, люди остаются теми созданиями, которые не могут получать удовольствие от аморальных поступков.

Запаха трех суккубов было достаточно для Эля, чтобы подтолкнуть его к пределу. Саша почувствовала подергивание его члена под ее животом и, наконец, освободила его рот.

-Ммм…ах… Не сейчас… Ты должен обменяться обетами еще с двумя.

-Ха… Ха… Сестренка… Нгх?!

Пока Эль пытался отдышаться, Лисия примкнула к нему. <…>

-Боже мой.

-Ооо…мпх.

Саша, которую оттолкнула Лисия, улыбнулась на девичье отчаянние. <…>

<…>

-Ммм… Братишка… Счастлива… Я так счастлива… Я думала, чо у меня никогда не будет возможности сделать что-то подобное.

<…> Она выглядела искренне счастливой. Слезы появились в уголках глаз.

-Я…Я…Это было так неприятно… Просто потому, что я родилась позже тебя, я не могла влюбиться в тебя… Это было непозволительно…

-Л-Лисия…

-Но я не должна больше сдерживать себя. Я о том, что я уже пала… Я пала, так что…это нормально — влюбиться в тебя. (тут игра слов «fall in love» — «влюбиться» и «fall» — «пасть» т. е. пасть во грех)

Лисия терлась головой о грудь Эля как кошка, выражающая привязанность.

Эль не мог в это поверить. Он знал, что она его обожала, но он не мог себе представить, что ее чувства могут быть сексуального характера. А сам он размышлял, что если ее мысли были отравлены маной развращения, и в итоге ее чувство семейной любви неприлично изменено против ее воли, и поэтому она теперь думает, что она всегда любила Эля как мужчину.

-Лисия… Эти чувства… Нгх?!

-Ммпх.

Дожидаясь когда Лисия отвлекется, Эмия взяла эля за щеки и <…>

-Ей! Угх…

Лисия была немного раздражена, что их прервали, но как только она увидела обрадованную Эмию, она смягчилась смиряясь. <…>

-Э-Эмия…

-…Я тоже пала, так что…все в порядке… Лисия и я…можем сделать что-нибудь…вместе… (та же игра слов)

Эмия счастливо улыбалась. Ее лицо выглядело развратным, но в нем не было злобы. Она просто была рада тому, что после падения все было дозволено. Разница в возрасте, влюбиться в одного и того же человека, словом все.

Обе девочки с мечтательным взглядом уткнулись носом в грудь Эля, будто бы смакуя те мечты, которые они думали никогда не сбудутся, и которые осуществились благодаря их развращению.

-Они помогли тебе понять? Понять их чувства…мои чувства…?

Саша крепко обняла Эля и парочку, и шепнула ему на ухо.

«Нет, это не правда.», -захотелось выкрикнуть Элю. Но когда он увидел счастливые лица троицы, счастливее чем когда-либо, когда они были людьми, слова застряли в горле.

Глава 3

Эль был в замешательстве, но троица не давала ему времени на раздумье. Они стремились окунуть его глубже в свою похоть.

-Ну что ж, настало время для «крещения»…♪

Парочка, прижавшаяся к щекам Эля, просияла при этих словах Саши.

-К-крещение?

Эль показалось что-то неправильное в этом слове (скорее всего тут имеется в виду значение этого слова, точнее скрытый подтекст). Саша одарила его улыбкой и плавно направила свою руку к его паху.

Эль хотел было свести ноги вместе, но девочки уже держали их и не позволили сжать их. Обычно, их силенок бы не хватило на это, но кажется обращение в монстров хорошенько их усилило.

-Ч-что ты делаешь?..

-Провожу крещение, Эль. Крещение тобой нас… Ты окрасишь наши пороки в белоснежный.♪

Саша произнесла это с отчетливым выражением экстаза. В то же время, она умело избавляла Эля от его брони. Вскоре его снаряжение было снято, и дыхание троицы стало еще тяжелее.

-Ах… Запах Эля…♪

-Он так приятно пахнет…♪

-Хаа… Хаа… Хаа…

Лиза, потеряв терпение, протянула свою руку к <…> Эля, но получила по рукам от Саши.

-Вот сейчас вы не должны спешить. Эль никуда не денется. Теперь успокойся и дождись своей очереди.

-С-саша, ты схватила… Ох?!

Эль попытался было сопротивляться, но что-то стянуло его руки. Когда он поднял голову, то увидел, что черные, как тень, веревки обвились вокруг его рук. Должно быть Саша призвала их. Они приковали его к полу и удерживали его так, подобно распятому орлу (понятия не имею как это), заходя ему за спину.

Когда Лисия и Эмия увидали это, то тень узнавания мелькнула на их лицах. Они бормотали что-то похожее на заклинание, пока <…> ноги Эля, которые еще держали. Через мгновение тени оплели ноги Эля так же, как и его руки. Похоже что они получили магические способности, когда стали последователями Падшей Богини. Его руки и ноги, зафиксированные тенями, привязали его к полу распятым орлом, как на жертвоприношении. Теперь Саша стояла у его ног. Она протиснулась между девочками, и троица склонилась над промежностью Эля с распутными лицами.

-Теперь…♪

Саша протянула руку к трусам Эля и играючи высвободила на свет воплощение его (Эля) похоти. Эль отвернулся, не в силах вынести смущение.

Но кажется эти тени-щупальца почуяли его слабость. Они взметнулись и вернули его голову на место так, чтобы он был вынужден смотреть вниз, на свое достоинство.

То, что он увидел было крайне развратным. Его пенис уставился в небо (они в помещении, так что в потолок). Лица двух маленьких послушниц находились по обе стороны, а та героиня, которую он любил как сестру, была спереди. А в глазах каждой из них светились так, будто перед ними был самый роскошный праздничный стол.

-Т-т-теперь, крещение…

Голос Саши был наполнен возбуждением. Пока она говорила, троица открыла рты. Парочка маленьких ртов были разинуты так, будто собирались набить щечки своими любимыми лакомствами. <…>

Саша тоже открыла свой рот, как и обе девочки по сторонам от нее. Эль не мог представить Сашу, которую он знал, с таким пошлым выражением лица. Та Саша всегда была скромницей. Теперь же ее белые зубы и язык, истекающий слюной, выглядел да ужаса неприлично.

-Ч-что…?

Троица проигнорировала смущение Эля. Их рты занялись его <…>.

-Умф…

-Амф…

-Мвох…

-Аааах…?!

<…>, а занялась Саша его головкой. Эль ощущал, как теплая и влажная плоть одновременно прижалась к нему в трех местах. Он напрягся, отчаянно пытаясь предотвратить эякуляцию.

<…> Эль закрыл глаза, чтобы, по крайней мере, избавиться от визуальной стимуляции, но как только он сделал это, волны удовольствия усилились.

-Хи-хи…

Все трое наслаждались выражением лица Эля, отображающим и блаженство, и отчаянное сопротивление (как у него это вышло — без понятия). Они смотрели на него сверху вниз, похотливо улыбаясь.

* Хлюпанье *

<…>

-Братик… Братик… Член братика…

-Эль… Эль… Эллль…

-Оох?!

* Гладят * *Скользит *

<…>

Несмотря на все усилия Эля, его преякулят уже начал сочиться, и Саша с удовольствием стала его слизывать. Эль уже даже был не в состоянии стонать.

-Ммм… Хи-хи-хи… Было вкусно. Ей, вы двое, ваш черед попробовать.

Когда Саша закончила дегустацию преякулята Эля, то подалась назад и осторожно отодвинула головы девочек от его пениса. Дыхание Эля стало тяжелее, когда тот понял, что они собрались делать. Саша воспользовалась возможностью и подняла с пола свои объемные груди (она ж на четвереньках была, а груди-то большие), демонстрируя глубокое декольте на своей груди. Эль нашел это невообразимо притягивающим взгляд, вопреки себе.

* Стиснула *

Саша поймала пенис Эля между грудей и сжала его. Окутанный в их нежной мягкости, Элю показалось, что тот попал в рай.

-Потрясающе…

-Вау…

Девочки с широко открытыми глазами смотрели на этот прием, который они никогда не надеялись провернуть.

-Ах, ааах…!

Саша плотно сжала пенис Эля между своих грудей, позволяя лишь головки выглядывать из них. Более скользкая, липкая жидкость просочилась из его кончика.

-Ну, давайте сами.

Девочки жадно <…> декольте Саши, пока та с благоговением держала их в таком положении.

<…>

Лицо Саши было почти таким же, как у матери, кормившей грудью своих детей. Она подвигала своими грудьми, в результате чего волна наслаждения заставило пенис Эля дать больше липкой жидкости для парочки.

-Не надо… больше…!

Самообладание Эля не безгранично. Для неопытного него, одновременные ласки от 3 монстров были невыносимы. Он почти всхлипнул, возвестив о том, что находиться на пределе. Если так продолжиться, то он запачкает эту троицу своей мутной жидкостью. По крайней мере, он попытается этого избежать. Он попытался высвободиться, но тени не сдвинулись с места. Эль не мог сбежать от их ласк. Вот только то, чего он хотел бы избежать, страстно желали Саша и девочки.

Саша услышала протесты Эля и освободила его из своих тисков. Она намеренно медленно обводила языкм вокруг его головки. <…>

-Ах, ммм… Ах… Он подрагивает… Он хочет… кончить…

-Нгх, ммм, мпф…

Эль чувствовал, <…> заставляли его производить еще больше спермы. И избыток быстро накапливался в основании его стержня.

-Мпф, мпф… О-о-о… пвах. Ты дашь мне ее, ведь так…? Давай, дай мне… Дай мне много (спермы) …

Саша нарочно потерла язычком головку ствола, требуя эякуляции. Эля стимулировали ее прикосновения, но еще больший стыд он испытал, когда увидел лицо Саши, распутно высунувшей язык и водившая им по головке его члена. Она, в свою очередь, почувствовала его реакцию, и еще больше красовалась своей развращенностью, будто бы отрекаясь от своей прежней чистоты.

Бедра Эля приподнялись. Трио же усилило свои ласки. Внезапно они вместе отстранились от члена Эля. Однако их руки все еще поглаживали его.

-Нет, Эль, дай нам…

-Наше крещение…

-Пожалуйста…

<…> И все продолжали стимулировать его: <…>, Саша — головку. <…> Руки троицы, ведомые инстинктами монстра, направляли Эля. Палец Саши, задержавшийся на его уздечке, стал последней каплей. Разум Эля померк в удовольствии.

Первый залп попал прямо на чистенькое лицо Саши. <…>

При каждом толчке Эль испытывал парализующее удовольствие. <…> Это было нескончаемое блаженство.

-О-о-о…

Вне всяких сомнений самое долгое семяизвержение в жизни Эля, наконец, закончилось. Пока он пытался прийти в себя, лица Саши и <…>, покрытые спермой, маячили перед ним.

«Ммммах… Спасибо тебе… большое…», -восторженно поблагодарила Саша Эля за душ из семени. Пропахшая ею, она выглядела опьяненной от радости.

«Ааа…», -ухмыляясь до ушей, <…>

«…Глп…», -Эмия <…>

-Ах. Эй, прекрати. Это мое.

Саша одарила взглядом парочку, <…>, косым взглядом, спокойно смаковав свою порцию. Проглотив, она перевела взгляд на Эля.

-Хаа… Хаа… Саша, х-хватит…

-Хи-хи… Я поняла. Этого не достаточно, чтобы удовлетворить тебя, не так ли?

-Н-нет, не это… Не надо больше… этого, и я буду…!

-Да ну, правда? Но, кажется, твое тело не согласно с тобой.

Даже после такой эякуляции, пенис Эля все еще стоял и не было даже намека на вялость. Это невероятная выносливость сбила с толку даже самого Эля. Саша приблизилась к его лицу вплотную и заглянула в глаза.

«Брось это, Эль. Пожалуйста. Ты не сможешь убежать от любви… Мы хотим, чтобы принял ее всю…», — прошептала она, а затем чмокнула его в губы, перед тем как встать на ноги. Девочки незаметно завершили свою перепалку и теперь стояли рядом с Сашей.

«После крещения… настало время для брачных обетов…», — объявила Саша. <…> (Саша подняла там подол юбки, нижнего белья не было) Он мгновенно отвернулся, но его взгляд, против его воли, вернулся на место.

Гениталии Саши были приукрашены лобковыми волосами такого же оттенка, что и волосы на голове. Их внешний вид — зрелые и плотно закрытые — приносили впечатление и распущенности, и целомудрия. <…>

«В-видишь? Как сильно я хочу тебя… Нет, насколько сильно я всегда хотела тебя…», — Саша аккуратно провела по своим половым губам пока говорила. «Не после моего падения. До этого… задолго до этого… может быть даже с того дня, когда я впервые встретила тебя. Я всегда хотела тебя.»

Саша двинулась вперед, все еще держа юбку поднятой, чтобы оседлать обездвиженного Эля.

-Саша…! Пожалуйста! Все что угодно, кроме этого…!

Эль отчаянно боролся, но тени, удерживающие его, не пошевелились.

«Хи-хи… это бесполезно. Ты не сможешь… мпх… уйти…», — Саша перехватила зубами подол юбки. Она опустила одну из освободившихся рук, чтобы направлять пенис Эля. Другой же она раскрыла свои гениталии. Проделав все это, она раздвинула ноги и начала медленно опускать бедра. Её юбка была поднята, и Эль отчетливо видел Сашины гениталии, приближающиеся к его собственным.

-Ооо…

-…Глп.

Лисия и Эмия остались по обе стороны от Эля. <…> Потаенное место Саши, покрасневшее от возбуждения, и головка гениталий Эля, против его воли согнутого да предела, соприкоснулись.

«Ааа-ах…», — Эль испустил тихий стон. Он чувствовал прикосновение ее горячей киски своей головкой. Он чувствовал, как киска пульсировала, будто бы говоря: «Я хочу этого».

«О-о-о-а-ах», — непроизвольно испустила стон Саша, подол юбки выскользнул из ее рта, скрыв место единения между ними (Элем и Сашей).

Не смотря на то, что он больше не мог видеть это (место), ощущений Эля было более чем достаточно, чтобы понять, что происходит с его интимным местом. Он знал, что его головка теперь старается силой войти в Сашу, пытаясь проложить путь в ее внутренности. Обжигающая плоть, поглотившая головку его члена, извивалась, будто бы живя своей собственной жизнью. Этого прикосновения было достаточно, чтобы чтобы мощные волны удовольствия прокатились по его телу. Он почувствовал, что, вне всяких сомнений, станет зависим от этого, если все продолжиться в том же духе. А потом Сашины бедра остановились.

«Что…?», — Эль в замешательстве посмотрел на нее.

«… Ты понял, не так ли?.. Смотрит, прямо здесь…», — она немного дернула бедрами пока говорила. Эль почувствовал сильное сопротивление на головке пениса.

— Моя непорочность… Мое девственность…

Его головка уперлась прямо в ее плеву. Саша просияла. Эль покраснел и вообще выглядел так, будто вот-вот заплачет.

— Саша… Старшая сестренка…

«Хи-хи…», — хихикнула Саша. Потом она сложила руки за головой, принимая позу подчеркивающую ее грудь, и снова начала двигать бедрами, останавливаясь стоило плеве чуть-чуть надорваться.

-О-о-о-о-ах! Саша!

Держа бедра приподнятыми, Саша совершала ими круговые движения, и гениталии Эля и Саши терлись друг о друга. Эта методика практиковалась шлюхами; теми женщинами, что были преданы анафеме откровенными одеждами.

— Я отдаю ее тебе… ясно? А-а-ах… Какая же я… ммм… распутная…

Саша улыбнулась. Ее пышная грудь покачивалась в такт бедрам. Но ее это не беспокоило, вообще. Румянец показывал насколько стыдно Саше было. Но этот стыд лишь сильнее возбуждал ее — она практически пылала страстью.

Эль отчаянно боролся с желанием поддаться бедрами навстречу. Тени держали более-менее свободно лишь эту часть; позволяя ему двигать бедрами, когда он захочет.

Своеобразный танец Саши разбудил в нем постыдные ощущения, которые противоречили чистоте фразы «отдать тебе свою невинность». Удовольствие от ее влажного влагалища было настолько велико, что при нормальных обстоятельствах он бы уже кончил. Эль стиснул зубы и попытался вынести это.

-Братишка… похоже, нравиться…

-Хи-хи… Он пытается сдерживаться…

Девочки с любовью смотрели на его напряженное лицо. Не успели слова выйти из ртов, как они уже начали покусывать мочки ушей Эля.

На мгновение он отвлекся. В этот момент, когда разум Эля был занят подразниваниями девочек, животный инстинкт захватил контроль над его телом.

-А-а-о-ох?!..

Пенис Эля наконец-то лишил девственности Сашу, резко войдя в нее. Порвав ее плеву, он достал до самых глубоких ее мест.

Саша хотела было вскрикнуть, но не издала ни звука. Ее глаза широко распахнулись, а тело дрожало будто ее лихорадило, ее большие свободно качающиеся груди также тряслись.

Тем временем Эль, был охвачен настолько сильным удовольствием, что-то, что он чувствовал ранее не могло сравниться с этим. Влагалище Саши приветствовало его волнистыми сокращениями множества складок, которые стянулись стоило ему проникнуть в нее. Попытка высунуть свой пенис из нее заставила кончить бы даже опытного. А у неопытного Эля не было шансов.

«А-а-ах, о-о-о, ах-а-а-ахн!», — Саша сопровождала каждый выстрел стонами на грани воплей.

Он не останавливался. Поток спермы не прекращался, как и удовольствие. Продолжавшиеся сокращения Сашиного влагалища не давали ему остановиться. Эль все еще испытывал, казавшийся бесконечным, оргазм, а Саша продолжала смотреть ему в лицо с таким распутным и грязным выражением, что казалось она отбросила свое достоинство. Она открывала ему отличный вид на себя, продолжавшую свое «падение», барахтаясь в его эссенции.

-… Я… Я отдала ее … тебе… И ее не вернуть… О-о-о… Что бы ты после этого не сделал, ты не сможешь забыть то, что я отдала тебе невинность, выдоила твою эссенцию, и предстала перед тобой с постыдным выражением…

«Н-не говори так.!..», — краснея качал головой Эль. Ему было трудно отрицать, что в неспособности противостоять удовольствию была и его вина, или той его части, что способствовала данной ситуации.

«Хи-хи… Ты смущен?.. Но это еще цветочки. Нам предстоит сделать… гораздо более развратные вещи…», — прошептала Саша на ухо Элю. Она двигала бедрами пока говорила, выжимая последнюю сперму из Эля.

-Хии-хии-хии…

-Хи-хи-хи…

<…>

-…Вы не можете!.. Эти двое все еще!..

-Слишком молоды? Хи-хи… Разве ты не знаешь, что первое правило разврата — вседозволенность?..

Саша неохотно приподняла бедра, и огромное количество мутной белой жидкости вытекло между ее ног. Эль заметил, что она была смешана с чем-то красным, местами окрашивая ее в розовый, и понял, что ничего уже не вернуть.

-Братишка…

-Эль…

Молодая парочка не дала Элю времени на беспокойства — <…> девочки часто обнимались с ним в прошлом. Даже в те моменты он не испытывал к ним ничего кроме братской любви. И никогда прежде их не желал.

<…>

-Ох!.. Прекратите! Обе!..

-Ни за что…

-Хи-хи…

Девочки задорно усмехнулись и, будто по сигналу, поднялись. <…>

<…> Эль, на фоне огромного удовольствия, как-то умудрился направить бедра так, чтобы его конец никуда не проник. Именно тогда руки Саши мягко опустились на щеки Эля.

«О-о-о… Нгх!.. Саша… останови их!..», -пролепетал Эль, зная, что это бесполезно.

«Нет…», — весело улыбнулась Саша. Но спустя мгновение, она угрюмо поморщилась. Это было выражение, которое Эль не мог бы представить на старой Саше, которая всегда поддерживала серьезное выражение.

-Не оставляй меня без внимания.

-Мгх?!

Она откинула волосы назад, опустилась, и плавно вставила язык в рот Эля.

Потом она начала целовать его с выражением полного экстаза. Не жадный, но хищный поцелую, каким она одарила его ранее; медленно, неторопливо, смакуя поцелуй. Эль извивался под сладкой пыткой ее губ, но это были не единственные ощущения, что соперничали за его внимание.

<…>

Эля медленно, но верно окутывают в уютное удовольствие, будто в непристойной колыбели. Вскоре его доведут до пика. Тогда…

Саша, которая неторопливо пробовала язык Эля, вдруг, нежно прикусила его. Неожиданно, Элю это понравилось.

-А-ах-о-о?!

<…> Эль попытался было вскрикнуть, но его голос был заглушен поцелуем Саши.

«А-а-ах-н, а-а-а! <…>»

«Ах… Это… должно быть приятно…», -Эмия положила палец в рот и выглядела ревниво.

«Ммм, мпх…», — Саша поздравила ее одними глазами, пока обсасывала язык Эля.

<…> Эти ощущения отличались от тех, что были с Сашей, но были не менее приятными.

<…> Но рот Эля был занят Сашей, и он не мог ответить. <…>

-А-ах… Я так рада… Я тоже могу… принести тебе удовольствие…

Саша, наблюдавшая за ходом событий, увидела слезы, проявившиеся в глазах Лисии, <…>, и, наконец, освободила рот Эля. <…>

<…>

-Ли…сия…! Прекрати…это…!

-Приятно? Нет? <…>

Ехидно улыбаясь, Лисия ускорилась. <…>

-Ах… Ах… Ах… Ах…

Лисия выглядела подобно играющему ребенку, <…>

<…>

-Я так рада… <…>

-ЧТО~?

<…>

* Слап * * Слап * * Слап*

-Ах…! Лисия! Отпусти…!

-А-а-ах…

В результате, Эль не мог сопротивляться. <…>

«О-о-о-о…», — Лисия с глухим звуком упала грудью на Эля.

Глава 4

В этот момент Эль почуял что-то неладное. Странно то, что он кончил уже три раза, и каждая эякуляция доставляла невероятное удовольствие, и продолжалось она гораздо дольше и обильнее, чем обычно. Тем не менее, он не чувствовал себя опустошенным. Наоборот <…>

-Нгх, о-опх…

-Ах…!

<…>

-С-стой… Подожди, Эмия! Не делай ничего опрометчивого!

Взволновано произнес Эль. После того как его изнасиловали Саша <…>, уже было поздно для этических проблем (вопросов), но в случае <…> нужно учитывать и физиологические трудности. В конце концов она была моложе Лисии. <…> Однако Эмия невинно улыбалась. И не она одна — Саша и Лисия, прижавшиеся по бокам, также улыбались.

-Если бы я была человеком — да. Правда сейчас, за мной наблюдает Падшая Богиня, так что все в порядке…

-Я-я не верю.

-Не бойся… Вот… попробуй…

<…>

Эль боролся, хотя знал что это приятно, но две последовательницы разврата нежно и в то же время крепко держали его с обеих сторон. Вместе с тенями, которые все еще связывали руки и ноги, они эффективно сковывали его движения. Эль отчетливо видел свой пенис, затвердевший, весь в мутной жидкости и девственной крови, который входил <…>

«О-о-а-ах!», -глаза Эмии широко распахнулись. Ее рот затрепетал. Мгновение спустя ее брови опускаются, ее глаза увлажняются, и все ее тело расслабляется.

Ощущения Эля, по-видимому, были похожи <…>

-О-о-о! Эль-Эль-Эль…

Форма его пениса была видна на <…>

«А-а-ах? Т-так узко…!», -мощные тиски заставляли тело Эля дергаться, изгибаться против его воли.

«А теперь будь хорошим мальчиком, хорошо?», -Саша и Лисия обняли извивающегося Эля еще сильнее, связывая его своими нежными телами.

«Хи-хи. Теперь, хорошенько распробуй…», — прошептала Саша, пока она протянула руку к своему глубокому декольте и раздвинула ее угольно-черные одежду в стороны. Взгляд Эля неудержимо тянуло к двум дынькам, которые попали в поле зрения. На черном фоне одеяния, алебастровый груди Саши были ослепительны для взгляда. На концах каждой трясся бледно-розовый сосок.

Эль моментально был очарован. Затем сразу же покраснел и отвернулся. И до этого он засматривался на женственную фигуру Саши. Множество раз он уверял себя, что не подобает смотреть так на монахиню и героиню.

Саша обеими руками подняла «запретный плод», а затем тихонько позволила им упасть на Эля. Вскоре его лицо оказалось в ложбинке между ее грудьми, и он ничего не видел. Саша умело распределила вес груди так, чтобы Эль чувствовал ее вес, но мог дышать. Окутанный блаженной тяжестью, покрывающую его лицо, и приятным запахом Саши, Эль не мог не быть очарован.

«Хмпф! Когда-нибудь у меня будут больше.», — Лисия смотрела за Сашиными ласками <…> со слезящимися глазами.

-Ммм… Я не хочу… проиграть… <…>

Эль извивался под грудью Саши. <…> И кажется это движение также повлияло и на Эмию. <…>

<…>

* Скользь * * Шлепок *

* Скользь * * Шлепок *

<…> Каждый движение заставляло пенис Эля подрагивать от удовольствия, и разбрызгивать любовные соки на его живот.

«Ах…! Это чудесно, Эмия…», — Саша улыбнулась при виде страстного богослужения ее молодой ученицы, водя своими грудьми по щекам извивающегося Эля.

Теперь Эль подвергался богослужению со стороны незрелой Эмии <…>, а так же нежным ласкам зрелых Сашиных грудей на лице. Его подверженный волнам удовольствия разум был на грани.

Однако Лисии не было весело. Она была оставлена <…>

«Ихихи…», -ослепительно улыбаясь, Лисия прильнула к груди Эля.

Эль, охваченный удовольствием и снизу, и сверху, теперь почувствовал еще и тяжесть на своей груди. Это было так будто кто-то — на самом деле это была никто иная как Лисия, ведь лишь она осталась — разлеглась на нем. Мгновение спустя…

* Чавк *

Сладкая боль пронзила его правый сосок. Лисия <…> его своими зубами. Неожиданный приступ удовольствия.

Он извергнулся как раз в тот момент, когда достиг самых глубоких частей <…> Горячая, мутная жидкость разразилась из его головки прямо в шейку ее матки. Это также стало неожиданным и для <…> «Приз», выпущенный Элем внезапно, убедил ее стараться сильнее.

-Ох… Ах… Ооо… <…>

Саша покосилась на Эмию, <…>, и с перерывами продолжила медленно поглаживать Эля своими грудьми, чтобы поддержать его оргазм; для того, чтобы его эякуляция и удовольствие длилось как можно дольше…

И кажется, это подействовало. Семяизвержение Эля было долгим. Он спустил больше спермы, чем маленькая матка <…> могла вместить. И она начала выливаться из ее гениталий в такт его пульсациям.

«Ох, что за расточительство…», — наблюдавшая <…>

«Мы не должны потерять пожертвования…», — в это время Саша высвободила лицо Эля, и пристроилась к их гениталиям с противоположной стороны от <…>

Эль, высвобожденный из груди Саши, наконец-то снова мог оглядеться. Шокирующе аморальная сцена предстала перед его глазами. Его пенис пронзал гениталии <…> И продолжал пульсировать, закачивая в нее такой количество спермы, что ее тело не могло все это вместить. По обе стороны от нее, падшая монахиня и <…> слизывали протекающую мутную жидкость, полные решимости не пропустить ни одной капли.

-Ммм, ах… Стоп… Это… мое…

-Мпф… мвах. Вкусняшка…

-Ммм. Ты не должна проливать, Эмия…

Непристойная борьба продолжалась до тех пор, пока долгий-долгий оргазм Эля не подошел к концу. Его пенис, высвободив семя, <…> Он практически дымился. Трио начало усердно подчищать <…>

Внезапно, всхлип раскаяния и досады достиг их ушей.

«Эль?», -Саша инстинктивно оглянулась.

Эль не плакал, но вид у него был вот такой, будто вот-вот заплачет.

«Пожалйста… Сестренка, вы обе… кон… контролируйте себя…! Станьте теми, кто вы на самом деле…!», — простенал (от слова «стенания») Эль, несмотря на то, что испытывал огромное удовольствие. Он пожаловался, что запачкал троих, чьими умами управляют монстры. Он посетовал, что не в силах спасти их. Сокрушался о том, что он был слишком слаб, чтобы преодолеть удовольствие, как бы он этого не пытался отрицать.

-… Эль, ты действительно веришь в это?

-… Что?

— Ты действительно веришь, что наши чувства к тебе искусственны… ложны?

-Нет… Саша, ты всегда заботилась обо мне, как о своем младшем брате, такие неправильные мысли были бы… А, и пусть вы двое любили меня как старшего брата, это не то чтобы… Ах!

Эль прервался в вскрике. Прежде чем он закончил говорить, <…> прикусила его головку, стержень, мошонку. Когда он взглянул вниз, слезящимися глазами, чтобы спросить, что они там, по их мнению, делают, он наткнулся на троицу, уставившуюся на него и, вопреки себе, отвел взгляд.

-… Печально. Мы не смогли передать свои искренне чувства тебе…

-Я-я вам говорю, вы чувствуете это только из-за манны, и…

«Неправда. У меня есть доказательство.», — решительно ответила Саша.

-Д-доказательство?

-Да. Доказательство…

-…

-…

В этот момент, по какой-то причине, уже красное лицо Саши покраснело еще сильнее. Спросил Эль недоверчиво, возможно это заставило ее застесняться.

-Разок-другой, до этого… На своей собственной, я-я-я…

-…?

«У-утешала себя… думая о тебе…», -говорила Саша, напряженно смотря на Эля.

-… Утешала…?

«Я-я ублажала себя!», -выпалила Саша, покраснев так, что казалось могла рухнуть в любой момент.

-Т-т-ты… делала это…?

«Да. Я… тоже занималась этим…», -внесла свою лепту <…>, признавшись поставленному в тупик Элю и покраснев почти как Саша.

«…», -Эмия ничего не сказала, но опустила голову и заерзала.

-Ты еще не убежден, после этого…? Я… никогда не была чистой сердцем… Я-я бесстыжая женщина…

Саша смотрела на Эля со слезами в глазах, а девочки так же искренне смотрели на него. Мысли же Эля спутались. Если же они говорят правду, то…

-Н-нет, но… но этого не может быть…!

<…>

«Если словами до тебя не достучаться, то я не буду больше говорить. Пожалуйста, просто почувствуй это». Саша тихонько встала, повернулась спиной к Элю, и медленно опустила бедра, показывая при этом свою попу. После того, как она коснулась головки его члена, она резко опустилась, принимая его глубоко в себя. Ее хвост весело звенел. Таким образом, она начала двигать задом вниз-вверх, создавая в часовне непристойное ритмичное эхо.

* Слап * * Слап *

Эль извивался от удовольствия, подобно лодке, которую раскачивает шторм. Он думал, что отстрелял все что мог, но, не смотря на это, что что-то горячее бурлит в его яйцах. Он не мог понять этого. Что же произошло с его телом?

-Хи-хи. Поведение твоего тело озадачило тебя? Это не серкет; ты уже почти стал инкубом, благодаря всей нашей манне…

Эль был шокирован Сашиными словами.

-И, ммм, я поставила барьер вокруг часовни, ааа, так что ни люди, ни монстры, нгх, не побеспокоят нас, поэтому… н-никто не сможет войти сюда в течение, ааа, двух-трех дней.

-Что…?

-Этого должно быть достаточно, ооо, чтобы мы смогли достучаться до тебя…

Саша махала бедрами все быстрее и быстрее, пока говорила. Она скакала на Эле так яростно, что ее любовные соки вспенивались, а ее груди тряслись подобно желе. <…>

Язычок, который извивался внутри рта Эля, и губки, игравшие с его сосками, и женские генеталии, что сосали его пенис, заполняли его сознание удовольствием. Он больше не мог мыслить. Потом он испытал невероятное блаженство, бившего из неисчерпаемого запаса эссенции, что производили его яйца.

«Ааааах…», — Саша издала высокий, чистый, красивый крик экстаза, прокатившийся по часовне. Это был гимн разврату.

Эль чувствовал, как непрерывно восполняется семя в его яичках, как и удовольствие от извлечения чего-то из его бедер, переполнявшее его. Эти ощущения заставили его понять, что это невыносимое блаженство было не более чем прелюдией к тому аду удовольствия, что ждет его впереди.

* Кланг * * Кланг *

Было похоже на то, что звон колоколов раздавался в небе над Ласкетией, ставшим пурпурно-красным. Это звучал колокол, что был на церкви. Как ни странно, не было никого, кто бы звонил в него. Колокол сам собой качнулся назад и вперед, раскатисто звеня.

Если бы его (звон) услышал Орденец, то он бы показался ему последним скорбным всхлипом Верховной Богини из церкви, которая была символом веры.

Если бы его услышала монстр, то он показался бы ей громким победным кличем Падшей Богини, праздновавшей рождение новой страны.

Но если бы это произошло, хотя звук и достигал ушей людей и монстров, ни у кого из них не было времени прислушиваться к нему. Потому что на главных и боковых улицах, в домах. В садах, в лачугах трущоб, в переулках, в опочевальнях королевского дворца — везде и всюду разлетались любовные соки и сперма, плоть сталкивалась с плотью, а стоны удовольствия раздавались эхом, не обращая внимания на репутацию и внешний вид всего этого.

* Кланг * * Кланг*

Перезвон колоколов продолжал звучать над Ласкетией, купающейся во влажных звуках и стонах экстаза.

Глава 5 (Конец)

Эль неторопливо бродил по коридору королевского дворца. Его рыжие волосы скрывали его глаза, одет он был только в свободно сидевшие штаны и рубаху, одеты прямо на голую кожу. Раньше такой растрепанный вид был недозволителен во дворце, но теперь ни во дворце, ни в во всей Ласкетии не нашлось бы того, кого это бы волновало. Напротив, появилась тенденция считать растрепанность признаком хорошего вкуса, ведь такую одежду можно легко снять. И всякий раз, стоило ему сколь-нибудь прилично одеться, как его жены с ликованием срывали с него одежду, так что это потеряло всякий смысл. В результата, ему пришлось следовать моде.

Странное ощущение — возможно его можно назвать «стилем» — появилось у Эля, стоило ему выставить напоказ свою подтянутую грудь. Возможно этого и следовало ожидать. В конце концов он был инкубом, пользовавшимся расположением одних из самых могущественных монстров даже для Ласкетии, которая теперь стала демоническим царством.

Его взгляд был обращен в сад, которым обрывался коридор. Раньше там располагались были аккуратные ряды причудливых деревьев и превосходных статуй. Теперь же теперь же статуи ламий и горгулий покоились тут, обвитые плющеобразными растениями. В свое время эти лозы дадут гроздья подозрительно светящихся фруктов. Вы можете назвать этот сад зловещим, но для монстров он казался прекрасным. Естественно Эль тоже находил его прекрасным.

«…Вкусы, конечно, изменились», — с усмешкой пробормотал он.

«Ценности непостоянны. Когда образ жизни меняется, ничего удивительного в том, что их взгляды на вещи тоже изменяются», -произнес голос сзади. Повернувшись, он увидел сестру Сашу (сестра в значении «монахиня») в своих черных одеяниях, также смотревшую на сад, подходя к нему.

-Братишка…

-Эль…

По обе стороны от нее парочка последовательниц разврата, в таких же черных одеяниях, Лисия и Эмия, помахали Элю. Вдобавок звеня помахивали их хвосты. Эль улыбаясь поднял руки, и двоица бросилась к нему. Лисия первая добралась до него, легко обогнав Эмию, и бросилась ему на руки. Опоздавшая Эмия прицепилась к его ногам, а Эль взъерошил ей волосы.

Эту сцену мы уже видели раньше, но теперь она обыгрывалась не совсем так, как тогда. В особенности из-за того, что Эмия довольно (от слова «довольный») расслабилась, когда ее голову поглаживали, а Лисия решительно поцеловала <…>

-Мвах! Эй, скажи-ка?

-Ммм. Сказать что?

«Прямо тут», — произнесла Лисия со слезящимися глазами, <…>

-Видишь? Моя грудь снова выросла…

-Да, есть такое; Ты потяжелела.

-Хмпф!

Они выглядели так, будто не видели друг друга очень долго, но на самом деле прошло всего полдня. Тем не менее для двоицы это было долго; проводить теперь недели в дали друг от друга, как раньше, казалось чем-то немыслимым.

«Хи-хи… Ну мы идем? Сегодня последний день богослужений», -вставила Саша, удовлетворенно наблюдая за троицей. «Богослужение» конечно же означает вознесение молитв и развратничество для Падшей Богини. День Эля по большей части состоял из занятий нежной любовью на троне со своими многочисленными женами, но разнообразие сношений на подобные праздники было как раз тем, что он с нетерпением ждал.

«Эль… обнимашки», -Эмия с выражением экстаза протянула руки к Элю.

«Какая же ты избалованная Эмия», -рассмеялся он, принимая ее объятия.

___________________________________

Церковь была расположена довольно далеко от королевского дворца. Как видите, церковь все еще располагалась в трущобах, а потому была далеко от района, где жила королевская семья, и где Эль и другие обычно проводили время. Но в те времена, подобная прогулка была не тем, чем обычно он занимался, это еще одна вещь, которая поменялась. Когда они покинули королевский дворец и спустились в город, идя по главной дороге, переполненной разнообразными монстрами, изменения стали очевидными. В это время тут была довольно оживленно, а также тут было множество товаров, продажа которых была строго запрещена церковью в Ласкетии. Это было не то место, где бы купцы могли свободно торговать. Теперь же, когда Ласкетия стала частью монстроцарств никаких ограничений не было. Монстры-торговцы и дружественные монстрам торговцы стояли бок о бок и продавали всевозможные товары. Поговаривали даже, что множество специальных фруктов, магических ингредиентов изделия монстров, которые производились ими в демонических царствах, можно было достать только здесь, а монстродевы активно зазывали покупателей. Эта суматоха отличалась от того, что было раньше.

«… Так это выглядит гораздо естественнее, правда же?», — задумчиво признес Эль, увидев это.

-Естественнее?

-Ты про город?

-…

-Перемешивавшаяся толпа, связанная друг другом… Подобное не было обыденностью тогда; это был застой.

-Полагаю, что так…

-Угу.

-… Ммм…-

-Божьим заповедям не место здесь, так что люди могут быть счастливы. Жертвование людьми ради следования божьим заповедям было деградацией… хоть я и могу сказать это, лишь оглянувшись назад.

-Эль…

-Братишка…

-…Ооо…

-Пусть я больше не человек… В конце концов, благодаря вам, открывшим мне глаза, я стал таким, и именно поэтому, эмм, именно поэтому… Эмия, может… расслабишься немного? Я тут пытаюсь сказать кое-что серьезное, но ты мешаешь мне думать.

«…Ааа…», -Эмия, которую продолжали «обнимать», посмотрела на Эля с сонным лицом. Судя по всему, она даже не слышала его.

«Объятия» Эмии означало взять Элю ее за низ и спину, пока она держалась за его бедра рукаи и ногами, и ходить так. Другими словами, они были соединены все время, пока шли по городу. Кроме того, место их соединения выглядело нормальным (наверное лучше сказать, что было сокрыто, ну по смыслу), так что для стороннего наблюдателя казалось, что Эль просто поддерживает ее. А потому что это была Ласкетия, демоническое царство, то в любой тени или закоулке можно было найти множество пар, занимавшихся любовью на свежем воздухе. Никто не остановит их, даже если они будут ходить по улице соединенными средь бела дня.

Саша смотрела на подозрительную походку Эля с понимающей улыбкой. Лисия же с удовлетворенной.

«…Хотя мне иногда кажется, что общественный порядок немного снизился…», — сказал Эль, подавляя смешок.

_____________________________________

Район трущоб не был ровным, и даже сейчас многие дома превышали те, что стояли рядом. Было бы трудно назвать их «милыми», даже в качестве лести. Но их жильцами не были простолюдинами, выживавшими в нищете; это были монстры, чей нрав больше подходил для таких мест, и монстропары, которые сконцентрировались на занятии любовью, не беспокоясь кому-нибудь помешать.

На первый взгляд церковь, стоявшая тут, почти не изменилась. Единственным отличием было то, что крест на ее вершине был перевернут.

После того как четверка прошла через вход, они услышали веселые детские голоса, доносившиеся из внутреннего двора. Эта сцена практически не изменилась с того времени, когда церковь была еще и приютом. Только теперь дети, за которыми присматривали в церкви, были не сиротами; они пришли, чтобы познать заповеди Падшей Богини.

-Ах! Госпожа Саша!

-Госпожа Саша!

Стоило им только увидеть фигуру Саши, как они прервали свою игру, и побежали к ней. Некоторые ползли к ней на змеиных хвостах, а некоторые прилетели по воздуху.

-Вы себя хорошо вели?

-Агась!

-Мы были послушными!

Саша тепло улыбнулась и погладила каждого по голове. Выглядела она так же, как и когда ее звали «святой».

-Эми! Сколько лет, сколько зим.

-Как у тебя дела?

-Какого это быть с Элем?

-… Великолепно… Прекрасно…

Эль удовлетворенно наблюдал за Эмией, пока она воссоединялась со своими церковными друзьями у его ног. Она не видела их какое-то время и ее щеки смущенно покраснели, пока они восторженно визжали. Но в этот момент, <…> спермой Эля, что он влил в нее, что хлюпанье было почти слышимым…

-С Лисией что-то случилось, Эль?

-Ты в порядке?

Тем временем, друзья Лисии обступившие Эля, были обеспокоены тем, что она осталась у него на руках и не спускалась.

-Ох, нет, она просто…

Эль выглядел сконфуженным. Лисия, уткнувшаяся лицом ему в шею, медленно подняла голову и повернулась, чтобы посмотреть на своих друзей.

-Я… Я… впорядке…

Все ее лицо было раскрасневшимся, а глаза ее были сонными. Увидев выражение Лисии и то, как она прижималась к бедрам Эля, попахивающими «эссенцией», дети оставили пару с понимающими улыбками.

-Их-их-и… Они не против…

-Ох, они заметили. Определенно заметили… Конечно, не то чтобы это доставило нам проблем. Кроме того… нгх… поставь себя на мое место и попробуй сдержаться тут…

-Хе-хе… Ты не должна противоречить себе.

-Но перед детьми…

<…> Эль подавил стон от обычных оживленных движений ее влагалища. Теперь, когда он стал инкубом, Эль стал терпимее к удовольствию, но это не значит, что он стал менее чувствительным к нему. Напротив, теперь он мог оставаться в сознании, испытывая такое блаженство, от которого любой другой бы отрубился.

-Они заметят, если ты будешь стонать, так что я заткну тебе рот, хорошо…?

-Но он-они уже поняли… мпф!

Лисия не собиралась скрывать то, чем они занимались, крепко вцепившись в Эля четыремя конечностями и затнкув его <…>

_______________________________

После захода солнца, Ласкетия внезапно изменилась.

Днем улицы пестрили магазинчиками и бурлили энергией. Если не считать большое количество монстров, то этим она ничем не отличалась от обычного города. Однако, после наступления ночи плотность манны, окутывающей город, резко увеличивается. Настолько, что для обычных людей, не чувствительных к магии, это выглядело как бледно-пурпурный пар.

На главной улице любовные отели и секс-шопы открывали свои двери, заместо дневных магазинов, зажигались лампы неопределенного оттенка, и даже внешний вид прохожих изменялся. Большая их часть состояли из монстропар, что прижимались друг к другу. Плотная манна, витающая в воздухе, разжигала похоть во влюбленных и в семейных парах. Число занимающих любовные отели, выбирающих секс-игрушки с остекленевшими от предвкушения глазами, и занимающихся любовью на открытом воздухе, не в силах дотерпеть до отеля, значительно увеличивалось по сравнению с днем.

Несколько одиноких монстров также можно увидеть в толпе. Не состоявшие в браке монстры, в основном одетые в такие одежды, что не оставляли сомнений на что именно следует смотреть, выставляли себя на показ тем людям, которые могли бы стать их супругами. Любой одинокий мужчина, которому повезло потеряться среди них, сразу же привлечет их внимание, и в мгновение ока будет соблазнен, захвачен и, в конечном итоге, пленен. В этом смысле Ласкетию можно назвать «опасным» местом для людей.

Церковь, где находились Эль и остальные, также показывала ночью свою другую сторону. Гомон детей умолкал, и перевернутый крест, освещенный луной, величественно выделялся во тьме. Он не мог не производить неприятное впечатление на любого человека, созерцавшего его. Но так и должно быть; это божество разврата, которому была посвящена эта церковь в Ласкетии, и сегодня день «поклонения».

Это означало день, когда Падшая Богиня становится ближе к их почитателям; день, когда их голосам легче достичь ее. И так последователи разврата, совокуплялись даже с большей непристойностью, чем обычно, принося в жертву своему богу их развращенность.

_______________________________

Когда-то, изображения ангелов, даровавших божественные откровения святым, украшали витражи церкви. Теперь же там были искусно изображенные падшие ангелы, оседлавшие (ну поза наездницы) святых.

С помощью этих красивых стекол, лунный свет заливал часовню красным. Видимая в этом свете кожа влажно блестела.

Бесчисленное количество людей и монстров спутывались, переплетались, извивались, при это беспрерывно издавая стоны удовольствия настолько громкие, что заглушали липкие, влажные звуки их совокупления. На первый взгляд это казалось оргией, но при более детальном рассмотрении выясняется, что каждый монстр обвивал лишь одного партнера-мужчину и смотрел только на них. Комната была переполнена манной, которая смешивалась с дымом от лампад (кадил) во всех ее четырех углах, стонами удовольствия бесчисленных семейных пар, и запахом их любовного сока и спермы. Казалось сам воздух был липким и помутнял сознание.

Посреди этих испарений, каждый любил своих возлюбленных, жадно вкушали их, были поглощены ими, погрязли в них, и утопали (в пороке) с таким упорством, что даже забывали о Падшей Богине. Но это было как раз то, чего жаждала Падшая Богиня.

Над морем плоти в часовне, четверо возвышались над алтарем. Это были две молодых последовательницы, прижимавшихся с обеих сторон к Элю, сам Эль, и Саша, усевшаяся на него сверху и занимавшаяся с ним любовью (в позиции лицо-в-лицо?).

Не смотря на то, что они совокуплялись, они не двигали яростно своими бедрами. Напротив, они двигались медленно и плавно, в отличие от совокупляющихся вокруг пар. Их туловища не были прижатыми друг к другу, как обычно, а держались так, чтобы они могли видеть лицо партнера. Так они иногда клали ладони друг другу на щеки, или касались волос, или просто целовались. Они улыбались друг другу, их глаза отражали друг другу переполненные невысказанные неописуемые ими чувства. Эль и Саша всегда начинали и заканчивали день поклонения такими нежными движениями.

Лисия и Эмия, как завороженные, наблюдали за ними с обеих сторон от Эля. Девочки любили наблюдать за сношением Эля и Саши в дни поклонения — чтобы увидеть любимую пару, которая лучше всего могла передать свои чувства друг другу, не прерываемые никем, будь то судьба или божество. Вид этой пары, освещенной лунным светом через витражи, был безмятежным и красивым, и даже соблазнительным. Это волновало девочек больше, чем любой другой религиозный образ. Именно для этого они хотели убедиться, что получили много эссенции, чтобы унять боль до конца вечера поклонения.

Саша потеряла счет поцелуям. Она закрыла глаза в экстазе, прижалась щекой к груде Эля и тихонько заплакала. Но это были слезы радости, а не печали. Она ничего могла с этим поделать, это были слезы от всего сердца, ведь она была так счастлива.

Эль похлопал Сашу по спине, будто та ребенок, и улыбнулся девушкам, как бы говоря: «Идите сюда». Сияя от радости, Лисия и Эмия крепок обняли его с обеих сторон.

В свете искаженной луны, четверо таяли, смешивались, и утопали в бесконечной бездне любви и наслаждений.

Утопая(в похоти) все глубже и глубже…

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.

Также на ФЭНДОМЕ

Случайная вики